Поэтому так было и будет. И надо уметь защищать те ценности, которые кажутся тебе важными. Пока страна или шире цивилизация, ну, глобализация даже распространяется, готова мобилизовать людей, которые могут умереть за эти ценности, которые они считают важными, за абстракции, за родину. Потому что родины никто не видел, даже верховный не знает, с чего она начинается. То есть в этом случае не вмешиваться, не вмешиваться в ситуацию- А дело в том, что будем мы вмешиваться, нет, еще раз, это как мы с граблями будем останавливать океанские приливы. Ну и что, мы преуспеем сильно? Ну, тонем и так и есть. Ростям причина погибла, замерял, утонул. Но он хотя бы искал истину, а мы будем последними глупцами, потому что мы будем природные явления останавливать нашими, нашей слабой пятерней. Явления типа войны, революции никем не инспирируются. Это понты, это выдумки, выдумки. Никто их не может разжечь. Они возникают как некие стихийные бедствия, причины их до сих пор людям непонятны. Я не знаю, ну, наверное, когда-нибудь поймут, а может быть, и никогда не поймут. Так же, как истоки тектонической активности. Почему здесь трясет, а там нет? Это колоссальное социальное явление, в которое миллионы людей вовлекаются помимо их воли. И попытка на это повлиять она смешна, как попытка листком проездным остановить землетрясение или пятерней приливы. Поэтому надо трезво смотреть на свои возможности. Я имею в виду не только нам с тобой, да, но и всему человечеству. И не верить в сказки, которые сочиняет самая глупая и самая самовлюбленная часть интеллигенции о том, что якобы люди полностью управляют своей историей и все, так сказать, в чьих-то... Что сказки про мировую закулису, как не мечта, чтобы кто-то чем-то управлял? И утверждающие про мировую закулису говорят: вот управляют плохие, то ли дело мы будем управлять хорошие. А в понте нет, никто не управляет. Нет никакой закулисы, все это понты. Как никто не насылает землетрясения, никто не насылает чуму. Но рано или поздно это поймут. Болезни не вызываются демонами. Это не есть одержимость бесами, хотя миллионы людей тысячи лет в это верили. Сжигали тех, кто якобы насылал, как правило, бедных женщин. А потом оказалось, что это вот природное явление, это микроорганизмы. И если мыть руки, например, или сливать за собой в туалете, то никакие бесы не пристанут. Тут такое дело. Природные явления нам не подвластны. Крупные социальные явления, как война и революция, сродни природным. Мы мало знаем об их природе, об их внутренней структуре, и мы не можем ими управлять. Поэтому какую бы позицию мы ни заняли по отношению к войне, она все равно случится. Все, что мы можем по отношению к войне, это определиться, на чьей мы стороне. У нас есть три выхода: мы воюем на стороне этих или этих, или наша страна нейтральна, мы дезертиры. Но повлиять мы никак не можем. Это надо трезво, трезво понимать. Поэтому война как таковая вещь плохая, но, к сожалению, совершенно неизбежная. Никому из людей не нравится смерть, правда? Никто не хотел бы умирать. То ли дело сосед. Вот ему блин, да. Но когда нам любимым, да, это нет. А что бы было, если б не умирали? Было бы гораздо лучше? Нет, долго не жили бы. То есть это есть неизбежная часть природного цикла, не нами задуманного. Задуманного, как мы видим, разумно, хотя никому из нас мириться с этим не хочется. По-видимому, и война при всех ее ужасах и жестокостях, я предполагаю, со смертью я точно знаю, а с войной я предполагаю так, это моя точка зрения личная. Может быть, и война такого же рода явление. Ее никто не хочет, она все равно случится как некая такая очистительная гроза. Так что масонское стремление к прогрессу заключалось не в том, чтобы войны искоренить как таковые, как явление, а заключалось это стремление в том, чтобы, если война вспыхнет, победили правильные люди, каковыми, естественно, считали европейскую цивилизацию, для развития которой не жалели сил, средств, ресурсов, а иной раз и самой жизни. Естественно, ее они считали самой правильной и верной и делали все для того, чтобы она в технологическом и всяком ином смысле, прошу вас, пожалуйста, проходите, побеждала всех своих соперников. Но в присутствии ислама ничего, потому что тогда о столкновении, например, с цивилизацией конфуцианской никто и не думал. Я не знаю, и сейчас актуально ли это так. Не понты ли это все? Неизбежная война с Китаем, но, а с исламом конфронтация, слава богу, тысячу лет уже, и она никогда не кончалась и не кончится. Поэтому главным врагом европейской цивилизации христианской и увеохристианской, если угодно, да, был ислам. В противостоянии ему, естественно, масоны выбирали на чьей они стороне. Но никто из них не думал о том, что войны могут когда-нибудь прекратиться. Это вот тут. Ну что, мои дорогие, я очень развернуто ответил на вопрос молодого человека, но вопрос был хороший. Согласитесь, да? Не фуфло, а очень глубокий. Да, пожалуйста, заходите. Будьте любезны, захлопните ее за раз в этом. Отлично. Спасибо. Теперь официально здороваюсь. Добрый всем вечер! Ведущий одной из радиостанций сказал сегодня: "Поздравляю всех с решением Страсбургского суда". Уволили через полчаса. [смеется] Какие люди есть на свете. А, так вот я вас ни с чем не поздравляю. А так, просто говорю, сегодня вот такой день. У нас лекция с картинками. То есть мы должны что сделать сегодня, да? Это не отменяет интерактива и вопросов, безусловно. Это я как раз очень люблю. Но у нас есть, ну, как бы кусок работы, который мы должны выполнить, а именно поговорить о, эээ, гипотезах о происхождении от масонства, рассмотреть наиболее из них вероятную, посмотреть картинки и рассмотреть исключительно интересную тему, фондан тому, о чем мы говорили с Александром, э, на прошлой лек-- ну, не только с ним одним, да, просто он солировал, да. И кстати, то, о чем вот вы спрашивали, э, сегодня прям сразу, да. А, я думаю, многие как бы вот ответы на эти вопросы будут содержаться в сегодняшнем рассказе и в презентации. О в-в-вкладе масонов в формировании нынешнего облика европейской цивилизации как цивилизации успеха. Таким путем, да? Идет? Вперед. Все организационные моменты, вы понимаете, да, с Галей и Анютой, да. А мы с вами [скрип] устремляемся в горние выси духа. Гипотез о происхождении масонства множество. Самую экзотическую часть я тут же отбрасываю, о том, что Адам в раю был масоном, патриарх Авраам. Это мы с вашего позволения не будем рассматривать. Ну какой Адам? Ну, может, он и был масоном, да, познакомившись с Евой. То есть масоны любят, как и все живое, удлинять свою генеалогию. Но если говорить, ну, с точки зрения, так сказать, элементарной научной доказанности, то какой там Адам? Более того, даже любимая масонами и очень повторяемая ими легенда, в том числе и образованными масонами, о том, что царь Соломон был масоном, и когда он строил храм Иерусалимский, то это делалось по масонским лекалам и по канонам. И его, ну, скажем так, главный архитектор и помощник, правая рука царя Соломона на сооружении храма, зодчий Хирам, в Библии, а мы же разбираем еще и Библию, в Книге Царств он назван Адонирам. Адон - господин, вот так к нему обращались, господин Хирам. Вот они оба были масонами. Ну, послушайте, это тоже, конечно, все легенды. У масонов есть мистерия смерти зодчего Хирама, которую во всех ложах при всех различиях обязательно разыгрывают. Я вам обязательно о ней расскажу очень подробно, и, может быть, мы даже достанем слайды. Хотя вот об этом как раз слайды достать очень тяжело. Сколько о масонах многое известно, но есть вещи, которые они, например, тщательно скрывают. Например, похоронный ритуал. Фиг вы найдете материал, уверяю вас. Вот почему-то скрывают. И вот, например, мистерия Хирама описана, а вот ни гравюр, ни картинок мне почему-то найти не удавалось как-то почему-то. Но описание очень подробное. Мы обязательно ее разберем, даже не сомневайтесь. Не сегодня, а в принципе, это когда идет дело. Но, во-первых, эта история полностью масонами придумана, ее нет в Библии. Это стопроцентный факт. Больше того, ее нет в комментариях на Библию. Вы можете мне верить, я это все дело пропахал. Я изучил еврейские комментарии, Мидраши, Талмуд. При всей их затейливости и извилистости, и там такого наворо-- но там этого нет. И в христианских этого нет. Значит, кто придумал? Братья. И понятно, с какой целью. Но теперь отделим, так сказать, да, мух от котлет, зерна от плевел, да, агнцев от козлих или от кого? Львов. Ну да. И посмотрим трезво. Конечно, это позже придуманная легенда и, скорее всего, уже в Средневековье. Это просто видно по тем стилистическим особенностям, которые эту легенду наполняют. Ничего такого в действительности не было. Что б реально произошло с зодчим Хирамом, мы не знаем. Ну никаких следов нет. Вот он появился в Библии, и потом все, о нем нет повествований. Но мы можем догадываться, мы можем строить гипотезы, там фильмы снимать, но реально мы не знаем. Царь Соломон помер, это как бы, это в Библии прослеживается, а вот о судьбе его зодчего нет никаких сведений. А придуманная масонами красивая легенда - одна из множества придуманных ими красивых легенд. Но надо отличать легенды от исторических фактов. Соломон никаким масоном не был. Более того, никакого понятия вообще о вольных каменщиках в тот период быть не могло. Я вам тут скажу одну, э, ужасную вещь. Можно время от времени говорить ужасные вещи, да? Хорошо. Кто у нас будет главный цензор по ужасным вещам? Оля, да? Вы будете главной. Я не умею быть цензором. Если вы разрешаете. Нет, мне нужно только на лицо смотреть. Только на лицо. Если сильно перекашивается, значит, врать начал. Хорошо, значит, я скажу ужасную вещь и подмигну, как боцман юнге. Хорошо. Окей, значит, вся ответственность на тебе, да? Да. Знаете, вольных каменщиков нет. Это понятно. Я думаю, как это сформулировать помягче. Жалко стало мне. [смех] Я сказал бы так: люди мыслят определенным образом. Все. Мыслят, на самом деле, даже депутаты. Это трудно проследить, но это реально так. То есть процесс мышления идет у всех. Да, этим люди отличаются от животных - наличием второй сигнальной системы. И как бы вот в процессе мышления есть некие категории, каковыми категориями мы и мыслим. Иначе невозможно было бы структурировать. Там был бы сплошной поток, как у сумасшедших. Но мы вменяемые, мы мыслим структурно. Категориальность мышления есть, да. И для каждой эпохи есть свои категории мышления и своя категориальность, которая усваивается людьми с малолетства, ну, со школы, да? Потом она закрепляется, да, дома, в процессе обучения, усваивается всеми членами общества, даже самыми как бы неграмотными, да, вот, категориальное мышление. Например, категория чести. Вот посмотрим, какая, какие она претерпела изменения, и вы все поймете. Что такое была честь раньше, да? Этооо мыслилось как некая категория, присущая определенному сословию, ну, прежде всего дворянскому. Умри, гусар, но честь а не утрать. За эту честь сражались на дуэлях. Иной раз это были совершенно смешные эпизоды. А по поводу чести написаны оды и стихотворения, и люди честь не роняли, да? Например, они не врали, не предавали в основном. Ну конечно, бывали исключения, да? Не обманывали женщин, если давали им слово. Сами женщины вели себя немножко по-иному. Я имею в виду, ну, скажем, в восемнадцатом - девятнадцатом веке. Конечно, всегда встречались шлюхи среди женщин. Конечно, всегда встречались негодяи среди мужиков, встречались шулера среди игроков в карты, воры и так далее. Это было и-- но! О, Иришечка, заходите. В принципе, категория чести была для людей значима, и все понимали, что она означает, да? Была честь купеческая, кстати, была честь крестьянская, но дворянская была превыше всего. Да? Сейчас категория чести для кого-то значима? Да, и последнее упоминание о чести в моей жизни было в брошюре о девичьей чести и мужском достоинстве. Там, ну, мужское достоинство это как бы сейчас это, видимо, все забыли. А про девичью честь тоже все было понятно. И там тогда получается, что честь это некая одноразовая штука, как спичка: раз использовал - все. А ведь мыслилась как вечная категория, которая с тобой всю жизнь остается. Некая трансформация. Кто сейчас руководствуется в жизни категориями чести? Назовите мне политиков. Но это вызывает смех. Военные честь имеют. Ну, это же они ее имеют. Вот они ее имеют, как имеют военные. Да? Вот как этот самый Бу-- полковник Буданов Эльзу Кунгаеву. Именно так они ее и имеют, эту честь. Если бы они имели честь, они продавали бы оружие чеченцам, как вы полагаете, да? Как вы думаете, если бы офицеры царской армии посмотрели на нынешнюю, что бы это было? Я себе представляю. Я не говорю про Петра Первого или офицеров, скажем, русской армии, сражавшейся с Наполеоном. Это не, просто ветер. Такие-то дела. Видите как? И что, живем мы без чести? Запросто. Запросто, да? То есть мы исходим из презумпции, что нас все должны обмануть. А раньше была совершенно противоположная. Ну и беда. Небеса не обрушились, и мы живем. Категория чести вышла из употребления практически, да? Она есть предмет осмеяния, да? Никто к ней не относится всерьез, да? Если человек начинает жить по чести, это идиот, это лох, да? Над ним смеются: не сумасшедший ли он? Значит, без этой категории легко обходятся, да? А когда-то она была очень значимая. Кстати, уж если мы заговорили о девичьей чести, о ее совершенно практическом применении, да, как, скажем, как девственность, да? То вы помните, какие были страсти и драмы по поводу того, что женщина или там девица выходила замуж не девственницей? Боже мой! Мазали ворота дегтем. Род был навеки опозорен. Простыню полагалось вывешивать. С нашей точки зрения дикий и чудовищный обычай. А между тем соблюдался у всех народов совершенно: от кочевых до совершенно оседлых. В русских деревнях до начала двадцатого века. И ничего как бы, да? Это считалось совершенно нормальным. Да. Ну, вы помните, какие страсти по этому поводу, сколько литературы на эту тему написано, какие страсти испытывала сама эта бедная девушка, да, значит, когда вот ее, она эту самую честь-- кого сейчас это интересует? Кого интересует из мужчин, которые собираются связать себя узами брака? Это я красиво сказал, да? Я старался. Кого их из них интересует, девственницу ли они берут в свои избранницы? Да боже мой! То есть вот этот конкретный вопрос тоже перестал кого бы то ни было интересовать. Наоборот, если она скажет: "Ты знаешь, я там сберегла." Он скажет: "А что ты там берегла? Ты никому не была нужна. А кто-то вообще пытался? А ну расскажи поподробнее. Нет? И Саша тоже? Никто не приставал? Федя, Вася и даже они? О, подожди, подожди. Сейчас я позвоню и вернусь." Ну и все понятно. То есть поря-- полярно противоположный взгляд на проблему. Вот вам, пожалуйста, два понятия чести: одно абстрактное, второе как бы конкретное. И они оба из употребления вышли. И ничего, небеса не рухнули. То есть эта категория перестала быть актуальной, да? Так вот, категория принадлежности к корпорации, к некоему братству — это категория совершенно средневековая. Вот средневековое общество насквозь корпоративно, там все братство. Рыцарство — это братство, все дворяне братья, короли, разумеется, братья. Ну, их очень мало, да, но они братья все друг другу и физически родственники, и тогда не-- и все монархи, да? Например, в Европе духовенство разве не братья? А монахи? Называются друг друга братья, да? Приходит в чужой монастырь, пусть он сто раз чужой, но он как, он же брат, да? А ремесленники, а гильдии разве не братья? А национальности, меньшинства, армяне, евреи, цыгане — тоже братство. То есть интересно, например, скажем, армяне и евреи, гонимое меньшинство в средневековой Европе, они не мыслились как народ, как этнос — как корпорация, у которой меньше прав, чем у остальных. И даже прокаженные — тоже братство Святого Лазаря. И у них есть свои права. Например, их, конечно, там несопоставимо меньше с остальными, они у всех есть, да? То есть сама категория корпорации, братства, она возникла в Средневековье, а сейчас, ну, сохраняется корпоративный дух, да? Но, конечно, он гораздо слабее, чем раньше. Он пока еще не вышел из употребления. Насчет братства не знаю, так ли уж. Ну, может быть, есть какие-то братские. Масоны вроде сохраняют братские чувства друг к другу. Декларативно, во всяком случае, да? И монахи вроде не утратили, хотя, мне кажется, это в основном все разговоры. Корпоративный дух у, скажем, каких-то компаний, да? Фан-клубы. Фан-клубы. Слышал я от человека совершенно неожиданно. Он говорит: "Я поехал на Харлее". Он фанат, там у меня есть друг, он фанат этого всего байкеризма, у него несколько мотоциклов, он пропер. Это ж надо одуреть! Это ж как надо не жалеть свою единственную, чтобы вот это на мотоцикле профигачить сквозь всю Россию, потом Монголию и часть Китая. Ну, это я преклоняюсь, там у него там мозоль, Чингисхан бы позавидовал. Да. И он, значит, он купил Харлей. Ну, вы знаете, это дорогой мотоцикл. Я когда его увидел, это как гроб-гробница Тутанхамона. И попер, ну, конечно же, не, не в Монголию, да, в Финляндию, ну, на нормальных дорогах. И нет места на пароме, чтобы его следующий через двое суток в самой Финляндии куда-то перевезти через озеро. Подходит к нему мужик и говорит ему на плохом английском: "Ты на Харлее, я на Харлее, мы же братья". Тот говорит: "Конечно, давай я тебе там". И он его как-то подвинул туда-сюда, и тот переехал, да? Просто неожиданное для меня, конечно, я, ну, я далек от этого очень. А оказывается, такое братство тоже есть. И действительно, вот он говорит, вот куда бы он ни заехал, в Улан-Удэ, в Читу, да? Вот они едут в автосервис и говорят: "Есть братья?" Тут же налетают байкеры по звонку и говорят: "Конечно". И любую деталь они там будут точить с тобой всю ночь. Они не уйдут, пока они не починят. Это ж брат приехал, они уве-- последнее разживят. То есть да, братство сохраняется. Вот да, вот в таком вот духе. Такое братство всадников с мозолями на, да, на сидении. Значит, есть, да, есть братский дух корпоративный, но в античность его не было, он не мог возникнуть. То есть общество было структурировано на иных началах. Масонство насквозь корпоративная братская организация. Не мог Солом-- Соломон не мыслил в таких категориях, понимаете? Ни Хирам, ни Соломон, никто. А им бы в голову такое не пришло. Понимаете? Вот такая штука. Поэтому в древности, в античности, как мне кажется, ничего похожего на корпоративное братство, на ордена, на сообщества не могло возникнуть. А вот всевозможные там служители культа? А служители культа они же кто? Это были жрецы- Да. -которые как? Они же, ну, только египетские жрецы были освобожденные партработники, да? А в Греции кто такой был жрец? Он сидел себе дома, да, потом его в-вызывали, ну, скажем так, говоря по-христиански, совершить требу, и там платили. И он, значит, совершал возлияние Гекате или там Фебу, да? Или какому-то иному богу или богине, и все, потом шел домой. То есть он не служил все время. Нет, если не считать профессиональным жречеством так называемых пифий, жриц- [неразборчиво] Да, которые служили, но они были же, это наркоманки. То есть они вещали, надышавшись это яд-ядовитых испарений, но они уже не могли по-другому. Но вряд ли это можно считать служителями культа, да? А жарников? [смеется] Весталки, весталки. Не, весталки да, но весталки же не были, весталки были девственницами, да, и обязаны были это хранить. Не дай Бог, если они нарушали, их замуровывали живьем. Они были вместе? Да, они были вместе, да. Но они как бы и боялись выходить, потому что ж не убережешь знамя, не-- потом хуже будет. Но их вли-- культ только Весты, они же не допускались ни к каким таким церемониям, да, которые совершал верховный понтифик и остальные римские жрецы, да, всякие гаруспики, не было ничего такого. Поэтому, ну да, у них какая-то малая часть культа была. Это корпоративное мышление, исключительно важное для появления масонства вещь, в древности просто не было развито. А вот у евреев не было такого? Нет. Все-таки они вот в Израи-- в Египте жили обособленно. Они не так обособленно жи- Все-таки они друг друга-то. Конечно, узнавали, особенно в банях обрезанные, да. Но смотрите, во-первых, они жили не так обособленно. Например, в том же Риме, в Коринфе, они не стремились к обособленности. Они стали к ней стремиться как раз в средневековом корпоративном обществе, где сами евреи селились обособленно и просили, да, чтобы к ним никого не подселять, себя огородить стеной. То есть саму идею гетто выдумали евреи, а не наоборот, да, это по их просьбам. Но тогда, наоборот, они стремились как раз к дисперсности расселения. В Александрии они жили в самых разных кварталах, а приходили к какой-то там своей синагоге по субботам. Да, это да. Но они жили везде. Когда был погром знаменитый, да, вот первый такой при Филоне, то греки даже не могли с-сказать, где греческий, где еврейский дом. То есть было затруднение, да? То ли дело там компактно, да? Так нет. И они ничем не отличались, эти дома. Для корпоративности, по-моему, не важна компактность проживания, а то, что свой своего видит. Не, а свой своего, как они видели своего? Ну так- Из темницы. Ну, это больше семейное, чем- Нет, нет. Это национальные такие вещи. Но корпоративного мышления не было у них. Богатые, скажем, совершенно было наплевать на бедных. Образованная часть александрийского еврейства, да, совершенно с презрением и снобизмом смотрели на необразованных. Одни сидели в библиотеке, спорили с мудрецами, а эти там, значит, ковыряли. Хорошо, а когда, с воз-- доминированием христианства там же- Стало возникать. Вот. Да, на-- формирование нового средневекового общества. Но они не знали, что они средневековые, да? Но новый тип общества стал формироваться. Да, вот с формированием нового типа социального устройства возникла потребность в братствах, и она потом в Средневековье полностью реализовалась. Вот средневековое общество, оно корпоративно насквозь. Вот там-то масоны и возникли. Вторая гипотеза. Мы очень подробно- А кто и когда назвал первый раз Средневековье Средневековьем? Помнится- Где-то в середине девятнадцатого века, когда, значит, как бы новое, а для них тогда их время было новейшим. Сейчас для нас новейшее, да. Иии, значит, между великолепной блистающей античностью и прекрасным Возрождением, значит, темные, мрачные века, как им представлялось, да? Потому что они совершенно ничего не знали о Средневековье. Ну это средние такие века, да, которые ни туда и ни сюда. Вот они впервые назвали, да, такое- Medieval. Medieval, да. Middle Ages, да. А, но понятно, если-- понятно, как нас назовут, да? Какое это будет время? Я думаю, нас назовут время временем культа McDonalds. Ну вот реально посмотрите, да, в центре каждого города гигантский мавзолей с совершенно таким сексуальным символом, напоминающим две женских груди, да? В форме буквы М стилизованной. Анекдотов хороших. Да, анекдотов в куче этого года. Что они делали в этом месте? Ну, я думаю, молились. Иначе бы это не стояло в центре каждого крупного города на свете, да? И на каждом крупном перекрестке. По-видимому, это совершало какие-то жертвоприношения, да? Что такое, наверное, совместная трапеза была, может быть, для бедных. Не исключено, человеческие жертвоприношения были. По этому поводу, я думаю, будут большие ученые споры насчет ритуальной проституции там. Зачем так много женщин? Кто забыл лифчик на штакетнике? Да, они будут абсолютно убеждены, что, конечно, McDonalds это был главный предмет культа и храм. Но так ли они далеки будут от истины? Ну так вот к нашим, да, сюжетам. Вторая гипотеза о возникновении масонства прямо противоположная первой. Одна длинная-длинная, Соломон, а вторая, значит, совсем короткая. Мол, масонство возникло в восемнадцатом веке в Англии и чуть ли не знают с точностью до года, в тысяча семьсот шестьдесятом году в таверне "Гусь и Противень". Да, в Англии любят так называть таверны, да? Смотрите, как гусь и противень встречаются. Какая-то приятная встреча. Да? Не, ну гусь уже готов, он уже ощипан, все. Значит, Джек Андерсон, масонская конституция. Все так. И в таверне "Гусь и Противень" была принята масонская конституция. Но факт принятия конституции разве говорит, что явление родилось? Явление конституировалось, то есть приобрело некие формы. А создалось оно гораздо раньше. Мне вторая гипотеза представляется наивной о том, что раньше масонства не было. Это, ну, доказывается тысячью примеров. И, в общем-то, эта гипотеза, хотя она до сих пор в науке даже в серьезной обсуждается, но она уже, как бы так сказать, вышла из употребления, ее уже пора сдавать в утиль. Конечно, масонство гораздо древнее, чем возникновение в восемнадцатом веке. К восемнадцатому веку масонство уже было очень се-серьезной силой в Европе. И раз возникла необходимость в конституции, стало быть, масонство к этому моменту было, во-первых, многообразно. Зачем конституция? Это же основной закон. Да? Значит, масонство было разнообразным, возможно, разношерстным, возможно, разнонаправленным. И возникла необходимость все это дело свести к некоему общему знаменателю. Поэтому самый факт написания конституции Джеком Андерсеном действительно говорит о том, что к этому времени масонство давным-давно уже было. А когда же оно возникло? О! Самая вероятная, на мой взгляд, гипотеза - это то, что масоны произошли от тамплиеров, и масоны прямые их наследники. Тут есть одна закавыка у нас чисто организационная. Те, кто бывал на моих экскурсиях, ну такие есть, да, среди вас, то они эту же историю слышали. Ну что же сделать? Но ее придется повторить хотя бы кратко. Да? Ну, значит, кто не слышал, кто не слышал этой истории, поднимите любую часть тела. Много. Ну много, да? Я не знаю, успевать ли еще будете перечислять. Ладно. Тогда смотрите, значит, но зато картинки будут. Зато будут картинки. Значит история была такова. В истории Европы возникло потрясающее явление, не объясненное никем до сих пор. Крестовые походы, их, ну, как бы хронография, да, что за чем было, давным-давно описано. Все эти восемь походов. Первые четыре очень славные, дальше все хуже и хуже. Ну и восьмой совсем хреновенький, во время которого умер, да, Людовик Святой Девятый от поноса в Тунисе. Это можно как скороговорку, да? От Туниса в поносе. А первые походы были очень хороши. Но отчего они возникли? Что повлекло европейскую публику за тридевять земель непонятно до сих пор. Вот абсолютно непонятно, откуда такой всплеск, как говорил Лев Николаевич Гумилев, пассионарности. Толпы людей, рыцари. Дворяне, купцы, крестьяне все оставляют все свое имущество, а, запасаются кто чем, бросают все, нашивают кресты на одежду и со словами: "Dios le veut!", Господь так хочет или этого хочет Бог, в другом варианте перевода, прут на восток через всю Европу освобождать гроб Господень. О месте существования которой не имеют никакого представления. Обалденная картина! Во время первого похода, самого трогательного с точки зрения народного энтузизма, поход ведут-- идут рыцари своим путем, которых ведут там Готфрид Бульонский, а, победитель Иерусалима, да, покоритель его. Но они рыцари как бы сами по себе, а чернь, простой народ: проститутки, крестьяне, городская беднота, юродивые, все, кого увидели, они все идут своим путем. И их ведут такой Петр Пустынник и Вальтер Голяк. Хорошие ребята. Да, Петр Пустынник считал себя, как мы бы сказали, реинкарнацией святого Петра. Ну, там, да, считал, что он и есть апостол Петр. А почему нет? Поэтому ел только рыбу. Он был изумительный парень. И вот ребята, которые с ним шли, отличались, ну, потрясающими чертами характера. Это даже не легковерие, а это что-то совершенно небывалое. Это такой вот настрой. То есть они не шли, а летели. Они пели песни. Да, они болели, там умирали от кровавого поноса, они не забывали грабить по дороге. Это святое. Но настрой в самой толпе был изумительный. И вот они ночуют где-нибудь, ну, где застала их ночь. Едят какое-нибудь там барахло, которое им удается достать. Они все, что они варили, они называли бульон. Это тоже изумительно, да? Там же не было картошки. Вот они морковки накопают, редьки на чужих огородах. Крестьяне выходят с вилами. Но что ты сделаешь с вилами, когда там толпа? И крестьяне с руганью отступают, а эти вот берут, там, тыкву, ну что там удалось на огороде выкопать, вот это все варят и говорят: бульон. Это они ели и с пением псалмов ложились спать. Утром они просыпаются и видят перед ними некий город или башню, или очертания, иногда мираж, им казалось, от истощения и от молитвенного экстаза, а иногда и правда они были недалеко от какого-то укрепленного пункта. Город некий. И они говорят: "О! Не священный ли это Иерусалим?" Ибо они полагали как о себе? Господь за великое их рвение может за ночь перенести их на орлиных крыльях или на ангельских, что тоже неплохо. А для Бога есть ли что трудное? Перенести их к Иерусалиму автоматически. Каждый раз оказывалось нет, пока не были нет. То есть это всякие были города, но не Иерусалим. Вот они такие были, но они не отчаивались. Они все доперли до Константинополя, ужаснув императора Феодосия. Тот сказал: "Куда эту всю толпу?" А они говорят: "Давайте мы пройдем через город". Он легко себе представил, что это будет. Это толпа абсолютно оборванных вшивых нищих, которых в Константинополе уже давным-давно таких вообще людей не видели. Там, вообще привычка мыться. И он говорит: "Давайте я вас лучше погружу на корабли и сразу я вас отправлю в пустыню, а там недалеко и до Святой земли". Но это было вранье, такое классическое византийское вранье. Их высадили в пустыне, и они поперли, распевая псалмы, без воды, не зная, где ближайший источник. А там же. И почти все померли. А Петр Пустынник спасся каким-то образом, прибежал назад в Константинополь. Он вернулся назад. Ему еще совесть позволяла, был изумительный человек. То есть свобода совести у него была потрясающая. Он рассказывал о своих подвигах. Он же ж похоронил всю толпу, которая с ним шла. Рассказывал о том, какие подвиги он совершал, как ему являлись святые, как он был у стен Иерусалима. Полная понты. Он не дошел туда, ему все верили. И умер настоятелем монастыря. Ну, потрясно. То есть его история полностью опровергает всю христианскую теологию, идею о том, что зло наказуемо, а добро торжествует. Ну что поделать, как мы видим, да? Такие были походы и такие были настроения. Святой Бернард Клервоский, чью фотографию в 3D мы увидим сегодня, а, снятую при его жизни, да, он умница и гений, не занимавший никаких постов, но бывший одним из умнейших людей христианской церкви католической, понимал, что рыцари при всей доблести, они Палестину не удержат. Колоссальное превосходство в силах. Что единственное их удерживало, как нынешний Израиль, то, что арабы и турки постоянно друг с другом ссорились. Но они ж когда-то объединились, когда их объединил Салах ад-Дин, то все, настал крестоносцам конец. На это, кстати, упирает и сейчас мусульманская пропаганда, что вот мы ждем своего Салах ад-Дина. Пока его не видать, да, но если он появится, да, то вполне возможно, как один из вариантов. Ни про какого Салах ад-Дина он не знал. Тогда он еще как бы Салах ад-Дин то был подростком, но святой Бернард предполагал, что такое может быть. То есть они рано или поздно помирятся. И что тогда? Значит, нужна сила воинская, которая сумеет обеспечить надолго контроль над Святой землей. Но кто это может быть? Ну, про простых говорить нечего. Да, это быдло. Ну, какие они вояки? Ну, Бернард, он очень был человек энтузиастический, он был склонен к видениям, он очень уважал народный порыв, но он прекрасно понимал, что толку же никакого от них. Это пушечное мясо, это только, ну, обу-обуза в походе, поэтому их вообще брать не надо.[шум в зале] Рыцари, да, они умеют воевать. Ну, собственно, вот они-то и отвоевали. Но их же, зараза, интересует только личная выгода. И они, конечно, они и с, э, неприятелем вступят в переговоры, они ради наживы изменят, они ради захвата лишнего куска плодородной земли уйдут. Самое ужасное! Бернар не был воином, но он понимал про воинскую службу тех времен. Что было в рыцарях, по вашему, самое плохое? Как вы полагаете? Они сражались каждый за себя. У них не было понятия воинской дисциплины. Они не по-- не понимали, что такое приказ. Каждый рыцарь был автономная боевая единица. То есть пока идет строй, они понимали, что строй нельзя разрушать. А потом все. Когда враг обращен в бегство, то строй рассыпан. На этом их ловили монголы и, кстати, потом и мусульмане, и били жесточайшим образом. Потому что сила в строю, строй рассыпается - труба. Каждого из них завалить поодиночке ничего особенного. Да, они сильны именно железностью строя. Но и вот они нарушали. Они не считали себя, э, от-- связанными, э, приказом и никого не желали над собой знать. Монахи, да, сражались хорошо, но монахи хорошо ли владеют оружием? Ну, их можно поставить в пехоту, они умрут, не отступят. Но ценится ж конница, да? А как бы пехотинцы - ну, это вспомогательное войско. И в столкновении больших масс конницы они только бесполезны. Как тут быть? И он придумал гениальный ход: соединить монашество и рыцарство. Придумал термин ecclesia militans - церковь воинствующая. Сказал, что мы пересматриваем тысячелетние доктрины, которые до того существовали. Монаху, говорит он, можно брать в руки оружие. Это была революция. Ну, совершеннейшая революция. Ну я даже не знаю, с чем это сравнить. Не знаю. Но мы, мы не, мы не знаем таких как бы-- ну да, вот с понятными для нас категориями, да. В восемьдесят пятом году разрешили кооперативы. То есть это частная собственность в Советском Союзе. Никто не знал, что доживет до этого. А ведь была статья в Уголовном кодексе советском в нескольких редакциях за частное предпринимательство. Можете себе представить, да? И разрешили частную собственность. Это была революция в умах. Абсолютно. Фарцовка. Не, фарцовка же наказывалась сурово. Ну вот- Да. Нет, реально, конечно, все эти экономические отношения существовали, но узаконить никто не думал, что доживет, да? И вот это была революция такая, да, в умах. Потом, значит, отмена шестой статьи, то есть там о господстве Коммунистической партии, да? Ну, для тогдашних людей, ну кто сейчас это помнит. Но кто помнит эти славные времена, да, вы понимаете ж, какое это производило брожение в умах. Ну вот для тогдашнего общества это было что-то такое и даже более. Как это монах? Он не имеет права убивать. А Бернар говорит: может. Во имя святого дела нормально. Проливать кровь? Да, проливать кровь. Во-первых, сказал он, убить неверного - это оказать неверному услугу. Ибо чем ты раньше его убьешь, тем меньше он нагрешит. Согласитесь, тут есть известное изящество логики, правда? Да, за это Бернара нельзя не уважать. Да. Да, абсолютно. Джихадистская логика, да? Это к вопросу, да, вашему по поводу религиозных войн. Значит, монаха учить рыцарскому делу тоже, но прежде всего рыцарей сделать монахами. Это была грандиозная задача. Рыцари были так бесконечно далеки от монашества. Ну, это был-- ни-ничего невозможности было более пред-- ну представьте себе сейчас современная гламурная, да, молодежь со всех тусовок, да, и сказать: мы добровольно идем в армию. Но не в нынешнюю разложившуюся, а в суровую, да? Ну вот как была, например, до четырнадцатого года в России. Подъем в пять утра, да, все эти ползания по грязи, экзерсисы. Ну вот реально. Но вот рыцари так поступили с монашеством. И молодые, здоровые красавцы, цвет франкского рыцарства добровольно пошли в тамплиеры. Какая сила духа! Они отреклись от своих богатств, все завещали ордену, от своих замков, от рощ, от своих охот соколиных и псовых. А для них охота это было вообще культовое занятие. Они отреклись от вина, которое могли пить в любое время. Они отреклись от женщин, а это, извините. Да и не просто так, а вообще полный целибат. Католический монах берет обет полного безбрачия. То есть не жениться, не смотреть. Все. Женщины только сестры. Для молодых мужиков, представляете, в расцвете лет. Никакой собственности, кроме оружия, которое ты тоже сдаешь в орден. Потом тебе же выдают твоего коня, твою кольчугу, твое копье. Одуреть! Они от всего отреклись. Вот такая сила убеждения была у этих людей. Бернар написал для них устав. Бернар с ними беседовал. Ну как, с верхушкой, да? С Гуго де Пейеном, который стал их первым великим магистром, и объяснял им, как это важно. И они слушали его. Авторитет Бернара был непредставим для нас сейчас. Когда он на своем осле ехал сквозь города, он ненавидел города, но иногда надо было заезжать, толпа выдирала из бедного осла все до последней шерстинки. К нему опасались вообще прикасаться, к Бернару. Считалось, что, значит, даже одна шерстинка его осла излечит от всех болезней. Он менял этих ослов бедных и говорил, что вот единственно, кого мне жалко, это двух типов ослов. У него был своеобразный монашеский юмор. Чем привлекло монашество рыцарей? Идеей служения Господу, идеей самопожертвования во имя- Чего? Во имя неземного блаженства. Есть стихотворение Тибо Шампанского Великого рыцаря и великого поэта. Это редко. В основном, конечно, рыцарям приписывали стихотворения бардов и менестрелей, всяких труверов, минизингеров, а этот сам писал. И у него есть обалденнейшее стихотворение. Ну вот сейчас застали меня врасплох. Я б так распечатал бы, да, и сейчас бы вам прочел. Но на следующей я вам прочту лекции. Совершенно изумительное стихотворение. Я помню только куски. "Возрадуйся, Христос, на недругов твоих я рати двину. Дороже вера золота. Ни ржа ее не ест, ни огнь. Я покидаю дам, но меч держа. Я веру принимаю. Дороже вера зо-золота. Ни огнь ее не ест, ни ржа. За то, что на земле теряю даму, небесная поможет госпожа". Блестяще! Вот это вот гимн рыцарской самоотверженности. Сейчас прочту. Вот это вот, вот ради этого. Сейчас эти чувства, это уже не категории, да? Но с другой стороны, это тоже категория мышления. Вообще категория самопожертвования вышла полностью из употребления, особенно ради таких вещей. Ну кто это всерьез сейчас будет рассматривать? Но тогда это было исключительно актуально, да. И вот они, рыцари ради этого и пошли в тамплиерство. Соединение монашества и рыцарства был гениальный ход. Гениальный абсолютно. Вот он обусловил экспансию католицизма благодаря военно-монашеским орденам, тамплиерам, потом госпитальерам, иоаннитам, потом кармелитам, потом Тевтонскому ордену Ливонскому и так далее. Католицизм завоевал полмира. Все, что мы знаем о рыцарях хорошего, это мы знаем об этих рыцарях. Не о странствующих бродягах, пьяницах, разбойниках, развратниках, картежниках и негодяях, которых народ ненавидел и о которых го-- так их современник сказал: "Рыцарство и чума — это две кары, которыми Господь карает человечество". А? Какой комплиментец. Но были рыцари, которые остались в веках. И само слово рыцарь, да? Вот это были члены военно-монашеских орденов, где слово это слово, где доблесть это доблесть, где умереть не отступить, где защитить даму, где защитить слабого, где умереть во имя идеала. Вот такая была атмосфера в военно-монашеских орденах. Тамплиеры были среди них первые и, я так скажу, наиболее доблестные. Они, применяя современную терминологию, стали спецназом в Палестине. Они построили гигантские крепости. Самая большая из них Крак де Шевалье. Она стоит до сих пор. Впечатление, что ее строили с применением самых современных технологий. Их фиг разрушишь артиллерией. Это все вот ребята сложили своими руками, да. То есть им было не в тягость работать и на строительстве. Крак де Шевалье. У Бернара была одна особенность довольно редкая. Сейчас отвечу на ваш вопрос. Он был лютый католик, предвестник инквизиции. Он не давал спуску ни себе, ни другим. Он был хороший интриган. Все это ценили. Но он хорошо относился к евреям. Для тех времен это была колоссальная редкость. Я не знаю, почему. Ну, как-то так. Это тоже еще вопрос предстоит прояснить. Он говорил, что он в молодости слушал какого-то мудреца, Невеликого ли Раши он слушал, рабби Соломона бен Ицхак. Ицхаке, может быть. Его же слушал оппонент Бернара Абеляр, который тоже об этом говорил, что они ходили в синагоги. Тогда это было запросто, до походов, и они слушали его реп-- его проповеди в синагогах на старофранцузском, котором они говорили, и потом применяли это в своей экзегезе. Но Абеляр считался еретиком, а у Бернара была такая репутация, что если бы он сказал, что он дьявола слушал вчера на проповеди, то ему все равно простили бы. И Бернар заступался за еврейские общины, которые чернь, а то рыцари иной раз громили прямо целыми общинами в Северной Франции, в Германии. Особенно в этом отличался один такой Фульк из Неи. А Бер-- это, ну, был такой оппонент Бернара. Бернар его все время громил в полемике своей. Но Фульк был парень мобильный, а Бернар же был больной. Он же с трудом передвигался, довел себя постами до страшного состояния. Но иной раз его призывали еврейские общины. Они послали к нему депутации, и он приезжал. И вот чахлый старичок, которого соплей перешибешь, выходил с крестом к пьяной толпе погромщиков, и толпа падала на колени и с рычанием отползала, напевая псалмы. Вот такой был парень, вот это была харизма. Да, такой был человек. Во-первых, он ничего не боялся на свете. Ну, как может не бояться человек, который чувствует, что он непосредственно связан с Богом? Потом был такой святой Франциск, потом такой был Савонарола. В католицизме есть такие личности. В православии не знаю ни одной, а вот в католицизме с его лютость-лютостью в вере, да, это оборотная сторона вот этого инквизиторского рвения, которое человек бестрепетно сжигает всю деревню за, как ему кажется, связь с дьяволом, да? А вот в хороших проявлениях это вот такое вот абсолютное бесстрашие. Человек ничего совершенно не боится. Он вечером выезжает из монастыря, Бернар. Ему говорят: "Вы же поедете через лес, может вам охрану?" Он говорит: "От кого?" Совершенно искренне. Говорят: "Ну, там же разбойники". Говорит: "Ну так я же им объясню". [смеется] Его никто не трогал В голову никому не приходило. То есть абсолютно, да? Он говорит: "У меня есть заступница Богородица, Звезда Морей Stella Maris". Это совершенно было от души. И он на ослике с-с пением псалмов, вот так себе ехал. Ему не приходило в голову чего-то бояться. Я думаю, что это-- он был самый счастливый из смертных, если вдуматься, да? Он абсолютно не боялся ничего. Такой был парень Бернар. Вот это бесстрашие он пытался тамплиерам привить. Чем могли его лидеры еврейских общин отблагодарить, если он был совершенно вообще бессребреник? Шутим. И они сказали ему: "Ну, вот, может быть, отец Бернар, в благодарность за то, что вы для нас делаете, вы же там, мы знаем, затеяли новый орден, и они идут в Константинополь. Скажите вашим парням, пусть они зайдут по таким-то адресам к нашим знакомым в Константинополе". Из чего я делаю такой вывод, что это Бернар подсказал. А как бы иначе тамплиеры нашли в двухмиллионном Константинополе, нашли бы адреса евреев-каббалистов? То, что они нашли, это факт. И они разговаривали. Но как они их там нашли, да? С интернетом же были сложности. Яндекс работал с перебоями, да? Как можно найти, да, если ты не знаешь куда? А тут они вышли, да, и прямо произошла встреча. И это очень продвинуло и тамплиеров, и каббалистов. У каббалистов была цель отстроить храм Соломона. Они хотели поначалу отстроить его реально, прямо вот восстановить в Иерусалиме. И призывали к этому тамплиеров как своих новых союзников. Тамплиеры не возражали, потом назвали себя тамплиерами-храмовниками, да? Что тоже довольно странно, да? Орден же сражается, в принципе, как и все крестоносцы, за Гроб Господень, да, за славу Богородицы, вдруг почему-то за Соломонов храм. Да? Что довольно удивительно. А каббалисты рассказали евреям три секрета, как стать непобедимыми в пустыне. Кратенько. Первый секрет — кипятить воду. Да, кипятить воду. И благодаря этому не помирать от кровавого поноса, тифа и дизентерии. Второй — пользоваться спиртом для промывки ран. И тогда выживаемость от, э, ранений холодным оружием возрастает в разы. Тогда впервые в адрес тамплиеров прозвучало обвинение, которое потом станет роковым: вам помогает дьявол. Почему все дохнут на марше, а вы нет? Почему все мрут, блин? Почему у всех дизентерия? Хотя молебен совершили, да? Ходили с крашеными досками, окунали серебряные кресты в чаны с водой. Но все пьют, умирают, а вы нет, блин. Это почему так происходит? Объясните нам. Смотрите мне в глаза. Да? Почему при ранениях ваши выживают? А почему наши не выживают? Сарацины и те мрут. Что происходит? Это вот объясните, значит. Те говорили: "Ну, мы кипятим, тут у нас есть прозрачная". Ну, это никому не казалось серьезным. Какая прозрачная жидкость с резким запахом? Вообще фигня. Нам нужна серьезная причина. Такой серьезной причиной, конечно, мог быть, естественно, да, если люди делают глубокие выводы, дедуктивные, как учил их Шерлок Холмс, таким-то путем. И наконец, третий секрет. Война невозможна без денег. Секрет богатства. Он заключается в чеке и в системе платежных операций, при которой не надо перемещать материальные ценности в пространстве. Ну, то есть вот эта нынешняя банковская система и есть, но для нас это сейчас боже ты мой, это же общее место. А тогда? Я вам расскажу, насколько эта идея опережала тогдашнее восприятие. Через пять минут мы до этого трагического момента дойдем. Значит, идея чека и банка, открытая евреями, для чего? Для своих. Что евреи народ торговый, рассеян везде. Чтобы не таскать груду сокровищ из Константинополя в Антверпен, потому что ну еврея что только ленивый не ограбит. А когда так, что ты везешь, Абраша? Бумажку. Ну вези. Ну кому нужна с еврейскими каракулями? А это чек или платежное поручение, или закладное письмо, или вексель - платежный документ. И так получается цепь контрагентов, которая потом получается сеть учреждений, ставших такой протобанковской системой. Евреи научили тамплиеров, евреи-каббалисты. Вообще это считалось большим секретом каббалистов. Остальные евреи за это осуждали: что ж вы разболтали? Но они полагали, каббалисты, что сделали правильно. Ибо почему? Они полагали, что с помощью тамплиеров они сумеют в гораздо большей степени достичь своей главной заповеди - улучшить мир. Ибо видели в тамплиерах своих союзников при всей разности веры. Что произошло? Тамплиеры очень разбогатели благодаря чекам, банкам, всяким этим штукам они достигли богатств, уровня богатства, непредставимого в Европе, накопили такие сокровища в виде, э, земель, мельниц, церквей, часовен, виноградников, портов и так далее. То есть они стали богаче римского папы и всех королей. А они же монахи и берут обет нестяжания. Они, конечно, навлекли на себя еще большую ненависть и зависть. И тут опять-таки встал во весь рост вопрос: а откуда такие бабки? Но здесь уже совершенно понятно, кто может их принести. Не, ну, господа трибунал, да?Можно тогда вместо информации и анализа реально определить то, что принесет? Ну а как же? Ну, вот, например, человек, ну, скажем, некий странствующий монах, да? Или там какой-нибудь папский легат, посланник, которые постоянно шастали по Европе. Вот они шастают и говорят: "А вот это что?" Это все маркиз де Карабас, да? Значит, а это чья деревенька, да? А чьи корабли стоят на рейде? А это чей такой виноградник так блещет изумрудом? А чьи это холмы? А чей такой лес строевой? А все тамплиеров, все ордена Тамплиеров, все ордена. Блин, а нельзя приехать к ним в церковь? Да! Он приезжает и говорит: "Здравствуйте, любезные братья". Они говорят: "Пожалуйста, милости просим". Нельзя ли в церковку на обедню? Сделайте одолжение, пожалуйста. Он заходит: там мама моя родная, а там богатств, каких он в Риме не видел. Там такие оклады икон, там такие раки, да? Вот эти, да, сокровищницы для святых. Рубины, сапфиры. Ребята, а как это так? А вот так. Ну, тут то он и понимает, что так-то оно не бывает. Они сходятся вместе где-нибудь в королевском дворе и говорят: "Слушайте, откуда столько бабок у ребят?" Во-первых, они завтра захотят, они же мобилизуют любое войско. То есть им сделать переворот, как два факса отослать. Говорят, что богатые люди в подпольно отдают свою мощь- Ну, отдают любым орденам, но у тех нет таких страшных богатств. И распухали, и скопили. Ну, распухали, скопили - это аргументы еврейские. Мы их слышим. Так, давайте, господа трибунала, вот трезво взглянем на вещи. Откуда такие деньги? Вы понимаете, к чему я клоню? Не бойтесь сказать: да, это помогает враг рода человеческого. Откуда иначе у монаха такое бабло? Давайте скажем прямо. Теперь посмотрите на облик тамплиеров, какой он тогда стал. Доблестная верхушка. Где там тот Гуго де Пейен? Он давно умер. Вся череда великих магистров, они все умерли, сложили свои доблестные головы в Палестине. Они же последние оттуда ушли, они не отстояли крепость Акра, ныне Акко под Хайфой в Израиле. Это был их последний оплот. Но и их выгнали. Они ушли последними, как капитан с тонущего корабля. Но куда? Что же они могли сделать? Всегда на войне гибнут лучшие. И лучшая часть тамплиерства, вот эти доблестные рыцари, которых я так хорошо описывал, цитируя Тисбо Шампанского, они погибли. А кто пришел? А пришли те, кого привлекает богатство. Раньше б в конюхи не взяли, но за богатством же надо смотреть. Очень упал уровень. Раньше брали доблестных, сейчас стали брать оборотистых. А воевать то уже не нужно, а нужно наоборот, копить, считать. Абакус вот это вот, да, вот счеты — это главный инструмент, а вовсе не тамплиерский меч. Уровень тамплиерства упал ужасно. Появились поговорки: пьет, как тамплиер. Раньше- А когда это уже началось? А это уже вот примерно к тринадцатому веку. Да, к тринадцатому, да ближе к четырнадцатому уровень тамплиерства падает. Дивная пословица: тамплиера пусть боится и юноша, и девица. [смеется] Да, о тамплиерах говорят одну мерзость за другой, и они навлекают на себя недовольство не только верхушки, но и низов. То есть их не любят, они богатство выставляют напоказ. Это колоссальная ошибка. У людей нет опыта обращения с деньгами, у евреев есть. Поэтому евреи знают первый урок обращения с богатством: не хвастайся, не выставляй богатство напоказ. Люди не переносят чужого успеха. Тихо веди себя. Дорвавшиеся до богатства тамплиеры, вчерашние монахи и конюхи, которых взяли на такие посты, не знали этого и погорели на этом. Король Филипп Красивый и его канцлер Гильом де Ногаре ненавидели тамплиеров жутко. Филипп Красивый придумал-- ну, во-первых, он был красавец, и куда он тратил бабки? На вас, красавец, а куда же их тратить? Значит, конечно, есть много способов истратить деньги, да? Самый приятный - на женщин. Самый быстрый и бесполезный - это сельское хозяйство. Ну, конечно, на женщин приятнее. Но любой, кто занимался сельским хозяйством или ухаживал за женщинами, понимает разницу. Окучивать одно и другое. Ну как вы думаете? Филипп Красивый сельским хозяйством не занимался, а в красавец вкладывал и вкладывал. А каждый, кто вкладывает, понимает, что это бездонная бочка в хорошем смысле этого слова. То есть даже на пьянство меньше уходит, на игру. Это труба, да? То есть если ты уже, ну все. А он же был красавец, ему требовалось все больше и больше. Он обложил евреев, разорил их нафиг, а после этого он уж с них взять, разорил торговцев. Перестали заходить к нему караваны. В конце концов, он сказал Гильому де Ногаре, своему канцлеру: "Гильом, ты же умница, давай что-нибудь придумаем". Гильом сказал: "Все, что вот это вот с евреев вы возьмете, вообще это вы прекратите, да? Потому что если они совсем уйдут, будет только хуже. Вот эта мелочь, надо по-крупному брать, ваше величество, а не фуфло, как вы привыкли, да?" Он говорит: "Ну как по-крупному? Войну? А казна пуста. Как я пойду воевать? С кем?" Нет, надо хлопнуть тамплиеров. На что король резонно возразил: "Как бы они не хлопнули нас". На что Гильом сказал: "Тут не извольте беспокоиться, это я все обеспечу. Вы только скрепите печатью, обеспечьте мне- Зелёную улицу. Тут, сказал король, можешь, мой верный Гийом, не беспокоиться. Всё, что ты скажешь, я заранее, я всё подпишу и скреплю печатью. Гийом разработал формулу: пересчет недвижимого имущества в движимое. Вот он как раз наблюдал, он хорошо знал, собрал всю информацию, какая была, сколько у них всего по всей Европе. И по своей формуле, абсолютно верной для своего времени, пересчитал, сколько у них должно быть в таком случае для обеспечения этого сокровищ в виде слитков, ожерелий, монет, да? Звонких всяких: серебряных, золотых и так далее. Отсюда сказки из его донесений королю про, там, шестьдесят галер, про двести пятьдесят возов, которые выходили, да, и исчезли в неизвестном направлении. И до сих пор Дэн Браун, Брейн Даун, да, он, значит, всем, всем лохам на свете передает привет и говорит: "Ребята, вот вам инкрустированная лопата. Пилите, Шура, пилите, копайте, блин, и выкопаете". А на самом деле мы сейчас очень быстро поймем, где были бабки. Совсем не там, где бедняжка Гийом искал. Гийом - гений! Разработал первую в Европе всеобъемлющую полицейскую операцию, облаву всех тамплиеров Франции. И он даже договорился с Южной Германией и Северной Италией всех взять в одни сутки. Пятница, 13-е. Да, совершенно верно. И взяли! А это было очень рискованно, потому что если бы они успели мобилизовать войска, они бы дали такой отпор, была бы гражданская война. Но он сумел, Гийом. Ну гений! Они их взяли, обезоружили. Сначала сказали: "Так, минуточку, у нас проверка хозяйственной деятельности, выемка компьютера. Вы мечи-то положите, вы чего? У нас бумага от короля. Вы что, королевские приставы, вы бунтовщики, что ли? Давайте спокойно зайдем, посмотрим, как у вас тут идут дела". А когда заходят - и все. И таким образом они взяли и крепость Тамплиер, она была бы неберущаяся, если бы не брали бы осадой. Там были такие стены. Потом ее срыли полностью в Париже. И все остальные крепости вот таким вот хитрым приемом. Королевская печать! Вот это он придумал. А печать у него была. Ну, тамплиерам не пришло в голову, как бы, что губит людей с понятиями о честности. Как говорит Анютка, с категорией честности. Их губит то, что они не представляют себе размеров человеческой низости. Да? Вот незнание размеров нас губит. Увы, это касается всех сфер: от самых приятных до самых ужасных. Мы не знаем размеров человеческой низости. Если бы тамплиеры представили себе, какими ссссухими ветками могут быть ближние, как канцлер короля, сам король, Его Величество, христианейший, да, первый дворянин Франции, монахи и они! А, мы-то знаем. То есть мы бы, наверное, на это не повелись. Но не таковы были тамплиеры. Их погубило убеждение в то, что королевские слуги и слуги Святого престола, конечно, врать не могут. Тут-то их и повязали. Всех в тюрьму и всех допрашивали. Боже мой, эти, э, пытки Инквизиция потом признала неправедными. Вы можете себе представить, что там было? Волосы встают дыбом. Они, конечно, во всем признались. Не, ну при таких методах дознания, мои дорогие, не знаю, есть ли у вас опыт в этом деле, но все эти понты в советских фильмах о том, что партизанка Лиза не призналась, она просто не знала ничего. Да и знаменитый анекдот: братцы, учите материальную часть, он именно об этом. То есть наш летчик не сказал просто о том, что он не знал, как устроен самолет, да, чем и заслужил звание Героя Советского Союза. Люди признаются во всем и сразу. Стоит только разложить инструмент. Это чтобы иллюзий не было никаких. Тамплиеры сопротивлялись геройски! Жаку де Моле, мы сейчас увидим его портрет, сейчас настанет время картинок, великому магистру последнему, старику, аристократу, епископу сожгли ноги до колен. Можете себе представить, что делали с остальными? Ой, это страх Господень. И зачем такие страшные пытки применялись? Чтобы тамплиеры себя оговорили. Тамплиеры признались во всем. Они сказали, что да, приходил дьявол. Ну, вы понимаете, какая цена таким признаниям, да? Вы просто вспомните, да? Давайте я вам жаровню придвину, я посмотрю, что вы мне подпишете. Я вас уверяю, да, одной зажигалочки под мышкой. А когда ноги до колен? Не, я вам говорю совершенно серьезно, поэтому вы должны это понимать. Да, они все подписали. Но вы же понимаете, какими методами это было? Строжайше запрещенным советским законода-- ээ, церковными методами дознания, опровергнутыми Святой инквизицией. Дьявол приходил. Они, конечно, ему поклонялись. Они плевали на распятие, они выкапывали трупы и сожительствовали с ними, после чего их ели. Они пили кровь упитанных младенцев, потом худых младенцев, потом вообще любых. То есть не было мерзости, в которой бы они не признались. Содомировали друг друга, конечно, каждый день до изнеможения. Да, ну, то есть, вот что с ними говорят, ну куда ты денешься? Единственный пункт, по которому они проявили похвальную твердость, но зато все: они не сказали, где бабло. Но тут-то им жаровню и придвигали. Они говорили: бабло в капитуле. Капитул - это управляющая часть монастыря. Капитул обыскали весь! И все представили. Гийом сказал: кто, блин, утаит монету, ребята, вы видите, что там было? Вы-- вам будет гораздо хуже поэтому. А с Гийомом были шутки плохи. Все в опечатанных ящиках доставили ему. Там ни одной монеты нет. А они могли прочитать, что было на этих бумагах? Ну бума-- ну бумаги. Окей, а чтобы нельзя было прочитать, что написано? Можно было. И что? А там же, вы, вы полагаете, что там был чек, как сейчас? Нет. Я не знаю, что там- Нет, чеки были. Этому, кстати, они научились у евреев. Чеки составлялись некоторой тайнописью и были такими шифрограммами. То есть прочесть мог только посвященный. Да, там Незабудка обязуется дать Соколу в городе Л, стоящем на такой-то реке в день, когда Луна встанет в положение Кама-- Камасутра Eclipse некую сумму, знакомую им обоим и оговоренную в городе таком-то при свете фонаря, я фантазирую, но вот в таком духе. То есть это не так-то было легко. Но если он по- Можно было пытать дальше, узнать, что там написано. Они и сами не знали. Евреи не знали? Не, они-- знала только верхушка, знала только верхушка. Верхушка говорила: это и есть бабки. Им говорили: блин, ну какие сволочи, давайте еще огня. Ну какие? Вы нас держите за дураков, я не могу. Ну скажите правду, нам самим надоело вас мучить. Где бабки? Да не вот, ну это нет. Давайте- То есть вот эта система финансовых, грубо говоря, расписок была- Непостижима для них, абсолютно непостижима, да? Как непостижима для-- была, например, для индейцев Амазонии или папуасов в Новой Гвинее, э, из-- идея самолета, когда там садились японцы, американцы, они так понимали, да, что это, это боги. А идея радиосвязи? Ну, с кем говорит человек? Ну, долбанулся. Короче, для нас- Да, он что мог себе представить, что за тысячу километров он в Токио или в Лос-Анджелесе получает приказ? Или железная хреновина плывет по волнам, авианосец. Ну как это вы будете объяснять индейцу? Дайте, так сказать. Вот они пребывали в своих категориях мышления. В эти категории никак не вписывалась идея безналичного денежного обращения. Кроме того, здесь была какая самая большая закавыка? Чего, мне кажется, не мог преодолеть даже гений Гильом. Ну, про короля туповатого Филиппа что говорить? Но Гильом, а он-то, ему не приходила в голову мысль, как даже самым светлым умам того времени, что бизнес может быть не войной, а сотрудничеством. Эту идею выдвинули евреи, и для них было сотрудничество на правду между своими по крови. А потом эта идея стала объединять своих по корпорации, по братству, а потом и вообще всех. И преобразила жизнь Европы. Разве нет? Как я люблю шутить, это одна из моих любимых шуток. Банки есть даже в Беларуси. То есть нет народа, который сейчас бы про банки не понял. Есть такая, например, понятие как Центральный банк Монголии. Представляете себе тугрик? Там реально валюту называют тугрик. И вот эти тугрики. Жень Саша, скажите, сколько могло занять времени организация вот этого подрыва? То есть в то время особо, ну, не так, как сейчас: позвонил, написал, собрал народ. До четырех месяцев готовились. До четырех. Не так долго. А? Не так долго. Нет, ну а что тянуть? Гонцы отправляются. А главное выработать концепцию, да? Король-- королю докладывают. Он говорит: никто не проболтается? Ваше величество, ну, если что, то шкуру сдерем. Но все вроде самых надежных. Кого он подбирал, Гильом? Которые, как он сам лично, ненавидели тамплиеров. Не было резона проговариваться. Они рассчитывали на свою долю сокровищ. Им он говорил скакать в гарнизон, там закрытый сургучом пакет. Ну, если что такое воин приносит вскрытый пакет, это ж понятно, что его ждет. Это хуже, чем девственница до свадьбы, да? Поэтому они это берегли. Там вскрывается пакет и без объяснений сказал: вам предписывается в части вас, доводим до вас, да, учинить обыск, взять под кров. Все. Что тут думать? Именно был в один день? В один день! В этом гениальность, да? Годы, год? Ой, не помню сейчас точно. Четырнадцатый? Не, что вы, что вы, что вы, что вы. Это четырнадцатый век, да. Четырнадцать. Тысяча-- триста какое-то начальные три тысячи трехсотые годы, да. Вот такая вот история, мои дорогие. Трон, Железный король, там все подробно. Да, это довольно действительно подробно описанная история. Интересно. Ну а мы пришли к самому финишу. Тамплиерскую верхушку всю сожгли. Жака де Моле тоже. Сейчас посмотрим эти страшные картинки. Он, он потом выступал на суде, говорил: нет, меня пытали. Он трижды отрекался, а потом опять его пытали. Он опять все подписывал. Ужасная, трагическая фигура. Но его нельзя упрекать в малодушии. Но это было выше любых человеческих сил такие ужасы выдержать. Потом, представьте себе, он не понимал вообще, в чем его обвиняют. Ему никогда в голову в жизни бы не пришло все эти кошмары, эта содомия, это сотрудничество с дьяволом, это отречение от Иисуса. Он не понимал, кто из них сошел с ума. Он даже на-- сказал одному из своих соратников: мне кажется, мы попали в ад за грехи наши. Это дьявольское наваждение не может быть правдой. Это, может быть, самое горькое из его слов. Он, он не понимал, что происходит. Ну как можно их в этом обвинять? То есть это было, это был одна из самых трагических страниц вообще в человеческой истории. Большинство тамплиеров, ну, хорошо, они не были так доблестны, как первые из них. Некоторые погрязли в сребролюбии, любили выпить и по девкам, но они, конечно, не совершали ничего из того, что им приписывали. Это совершенно облыжные, ни на чем не основанные мерзейшие поклепы. И они не понимали, как это, почему это свалилось на них. Они так и не поняли этого. И вот они в этом смысле умерли полными мучениками, да, вот приняли мученическую кончину. Орден тамплиерский был проклят папой Иннокентием, а Жак де Моле, когда его сжигали на так называемом Еврейском острове, сказал: "Не более чем через год жду тебя, король Инок-- король Филипп, и тебя, папа Иннокентий, на Божьем суде". Это были последние его слова. В течение года оба померли. Факт. Как хотите, так и понимайте. Еще совсем молодой и здоровый король, который совершенно не думал умирать, иначе зачем он все это затевал? И, в общем-то, ну, достаточно больной, но еще вполне мо-могущий протянуть папа помер. Папу дивно лечили толчеными изумрудами, что, конечно, по- [смех] сильно ускорило, да. Вот, может быть, говорят, ему мстили тамплиеры. Королю явно никто. Но вот как-то так, да. То есть оба они пошли на Божий суд. Не знаю, как там они оправдывались перед Богом и что они могли сказать, эти два негодяя, в свое оправдание. Конечно, и папа Иннокентий, трухлявый пень, который дал с собой сделать все что угодно и подписал любые бумаги, он прекрасно знал о невиновности тамплиеров, и он покрыл вечным позором и папский сан, и католическую церковь, и себя самого. Ну а король Филипп - это просто, ну, это средоточие негодяйства. Я не гово-- Гильом, кстати, тоже помер. Да и тоже в течение года. Но Гильом - это, я думаю, вот вы помните, на балу у Сатаны, да, пребывают самые отборные негодяи. Вот Гильом среди них, конечно. То есть это был негодяй, как бы сказать, милостью дьявола, убежденный интриган, умница. Вот настоящий гений зла. Человек, который свои гениальные таланты на что употребил? И его подлость, и он-то прекрасно все знал, и он действовал из самых корыстных, сволочь, соображений. И он оговорил абсолютно невинных людей, не имея даже ни малейших потом тени вообще основания их в каких-то этих ужасах подозревать. То есть вот обвинители тамплиеров - самые черные души, самые черные паскудные души, какие только могут быть. И вот то, что они умерли в один год, заставило многих задуматься. Куда делись тамплиеры? Ну, всех же не могли взять. О пользе самоволки. Кто был в самоволке, тот уцелел. Уцелевшая часть тамплиерства убеж-- убегает на, в две окраины христианского мира: в Шотландию и в Швейцарию. Горные окраины. Это сейчас Швейцария туристическая Мекка. Тогда дикая страна, где хлеба не хватает до Рождества. Привозят туда активы и уцелевшие небольшие сокровища. Эти активы превращают в деньги. Вот вам секрет швейцарских банков. Откуда в бедной Швейцарии вдруг такие сокровища? Да какие, которые не снились ни одной богатейшей стране: ни Южной Германии, Бавария. Боже мой, это же сказка! Ни Северной Италии, Ломбардии, ни Франции, которая в тысячу раз богаче Швейцарии с точки зрения ресурсов, людей и всего остального. Однако банки возникли именно в горной дикой Швейцарии. В Шотландии вдруг появляется золото. Бывали вы в Шотландии? Ну, то есть это з-земля, где каждое озеро называется "лох". [смех] Да? Так, ну это lake, lake в шотландском произношении, озеро. Ничего там нет, конечно, кроме Роберта Бернса и отар овец. И вдруг там появляются такие богатства, что английская корона воюет двести лет. За какой хрен там воевать? Ради чего с таким упорством? А вот ради-то шотландского золота. А Швейцарию так никто и не завоевал до сих пор. Последняя по этому поводу, так сказать, крупица информации. Первый крупнейший приорат, основанный тамплиерами в Швейцарии, действующий до сих пор. Первый швейцарский банк. Где он находится? В приорате под названием Сион. Сион, как известно, гора, да, в Иерусалиме, на которой гробница царя Давида и с которой начал свое строительство храм от царь Соломон. Ну, какие тут еще нужны доказательства, да? Приорат Сионский действует до сих-- Саша, вы давно хотели что-то спросить. У меня много опасений. Не, ну много не-- это самое. Я понимаю, у вас всегда же, как говорил Беня Крик: "Я з-- я знаю", цитата, "что у тебя всегда в запасе пара слов". Спросите что-нибудь концептуальное. Все концептуальное, в принципе. Ну, просто в вашем рассказе я сейчас смотрю не как человек, который за масонов или против масонов, хотя я хотел бы быть за и, наверное, все-таки за. Это хорошо. Начинать с конца или с начала? Лучше с начала. В ухаживаниях лучше с конца, в разговоре лучше с начала. [смех] Ну ладно. По поводу тех самых рыцарей. Мне до сих пор непонятно, как те люди за такой короткий промежуток времени, которые пришли туда, которые не могли стоять в строю, которые готовы были разбежаться, которые могли взять у врага больше пятьсот территорий и убежать, внезапно за очень, очень короткий промежуток времени вдруг променяли все это на то, что потом после смерти или когда-то там еще, в общем, на что-то то, что даже нематериальное, то, что они не могли в принципе понять даже. Это были те люди, которые, в общем, были- Ну, не отбросами, конечно. Это были просто воины, просто какие-то воины, которые решили внезапно бросить абсолютно все и стать рыцарями-монахами. Тем не менее, это факт, Саша, да. Это, как и многие вещи, это довольно сложно объяснить, так же, как сам феномен крестовых походов. Но это именно так и было. Только единственное я бы вас поправил, да, в вашем. В принципе, вы ставите вопрос право-правомерно, да, как так случилось, но случилось именно так. За время жизни Бернара. Да. Дело в том, что рыцарство тоже было разное, и если отбирать лучших, не делять- Это наверняка абсолютное меньшинство. И тем не менее, они есть. Если- Конечно, они есть. Если отбирать лучших, да, то эти лучшие, они сражаются так, что десяток стоит сотни, а сотня стоит тысячи. Тамплиеры не брали количеством, как потом не брали количеством и масоны, только тамплиеры на поле битвы, а масоны в гражданской жизни. И количество, еще раз говорю, ничего не решает. Большинство рыцарства осталось так, как вы характеризуете, таким военным сбродом. Но лучшую его часть, лучшую его часть среди французов, среди итальянцев, немцев, англичан, испанцев. Испанцы были наиболее религиозно энтузиастическими, что они отвоевывали землю у мавров, Реконкиста, да? Среди португальцев, ну, бывали даже такие экзотические ребята, как датчане среди тамплиеров, но, конечно, костяк были франки. Они же очень с большим отбором брали в свои ряды. И это был спецназ. [неразборчиво] Это был строжайший отбор, это был спецназ, и уж они-то дисциплину соблюдали. Воинская сила рыцарей, закованных в броню, каждый из которых крепость, если они не нарушают строя, это страшная штука. По тем временам им равных не было. Это танк. Ну зачем? Как зачем? Чтобы прорвать любой строй и обратить в бегство. Зачем идти в тамплиеры? А вот для того, чтобы за то, что на земле теряют дамы, небесная поможет госпожа. Ну что, вот из этой огромной толпы людей, которая шла туда, скажем, не знаю, сколько тысяч человек, ну сколько там? Набирались десятки. Набирались десятки и со всеми десятками те люди, которым было важнее урвать кусок золота или территории- Эти не шли в тамплиеры. Их было большая часть. Да. Абсолютное большинство. Я говорю про то, что шестьдесят- Саша, не имеет значения. Эти не шли в тамплиеры, эти были обычными рыцарями. Они оставались в рыцарском ополчении. А сколько насчитывалось, Алексей Александрович? Ну, вот, как ты говоришь, лучших прямо так. До пяти, семи тысяч человек. Но как воинская сила это страшная вещь. А сколько народу принимало, ну вот, если мы Страта Нигеру считаем, да, крестового похода приблизительно, ну как бы понятно. Смотря в каком походе, например, во втором неудачном, который Людовик Седьмой возглавлял, а Бернар проповедовал, а потом очень переживал, что поход провалился, а уже потом пошли тамплиеры. Ну, наверное, тысяч около сорока со всей обслугой, с бабами, да. Количество тогда было бы лучше. А потому они проиграли, что среди них не было элиты. В третьем, когда они уже сражались, рыцарь Ричард Львиное Сердце и тамплиеры, они сражались на равных с Салах-ад-Дином. Тамплиеры обеспечили присутствие на десятилетия тамплиеров, этих, христиан в Святой земле. И тактика их воинских действий была единственная в те времена возможная. Они били даже монголов, а монголов в те времена. То есть на чем основана была их сила? Сзади стоит пехота, которая фигачит из лука. Это нам сейчас кажется пустяк. Английское изобретение из тисового дерева, которое при-- если здоровый мужик, он может полностью согнуть. Это совершенно прямой лук, он вовсе не гнутый, как нам кажется. И он его сгибает. Он наступает ногой на специальную педаль и дальнобойный лук фигачит. Когда все, сколько их там, тыщу пехотинцев пуляют, они же ни в кого конкретно не стреляют, это просто туча стрел, но в кого-то он точно попадет. И вот такая стрела с железным закаленным наконечником из франкского металла, то есть, как был девиз моего друга Саши в пивном баре на Щелковской: "Если попаду, точно убью". Да? Вот стрела, она с таким же абсолютно, да, попадай в цель. Значит, железных кольчуг, таких, как у франков, ни у арабов, ни у монголов не было, а войлочную кожаную она пробивала на раз, да? Она куда, стрела куда ни попади, воин вырубается. Вы понимаете, да? То есть, ну, это же страшная боль и все. Он уже не, ну, конечно, мог там закрыться щитом, но она и щит могла насквозь. Начинается все с тучи стрел. Цель - расстроить фронт войска. После этого идет клином. Все это однообразная тактика, но всегда неизменно ус-успешная. Клином, во главе которого стоят тамплиеры. Железный наконечник, принцип стрелы, самое отборное воинство. И они идут плечо к плечу. Все копья в упор. Пыль из-под брюха коня не поднимается наверх. Они специально тренировались. Это офигительная выучка. Вот они так скачут с определенной скоростью, не самой большой. Но это совершенно неотвратимая штука. Во-первых, это производит страшное впечатление, должен вам сказать. Я один раз, я рассказывал на предыдущих своих лекциях, один раз я видел и слышал, как скачет табун лошадей мимо тебя. Слушай, я вам доложу. Но это впечатление, что это светопреставление. То есть я не знаю, кем надо быть, чтобы не побежать. Да. И вот когда земля дрожит реально, а тут скачут закованные в железо с двухметровыми копьями, как ты их достанешь? Они скачут вперед с абсолютно неотвратимой скоростью. Они сминают любых, они убивают их копьями, рубят их мечами. Потом выходит легкая конница. А конница рубит бегущих, но рубит полностью в капусту. Если враг побежал - все. Вот секрет их успеха. Значит, что тут важно? Тут важно не дрогнуть. Но кто же это мог? Или - это придумал Чингисхан, но это был другой гений - надо отступить, изобразить бегство. Рыцари на это не попадались, но на это попадались все: китайцы, русские, среднеазиаты, арабы. Видя, что монголы бегут, народ радостно преследовал и растягивался. Тут монголы мгновенно перестраиваются. Этим они владели виртуозно, делали строй. К этому времени они уже заходили в, э, во фланг, чего никто не усекал за пылью. Били с двух сторон. Все. Расклали на части и изрубливали всех в капусту. Это была их тактика. Воин должен исполнять приказ. Монгольский воин исполнял приказ. На этом была основана сила монгольского войска. Когда как только Чингисхан это понял, он стал великим ханом. Воин не должен поступать, как ему хочется. Рыцарь должен в строю исполнять приказы. Еще тяжелей, naprawdę. Как только рыцари это поняли из научений святого Бернара, который вообще ни разу в жизни не садился на коня, они были непобедимы до изобретения огнестрельного оружия. Поэтому пусть вам это не кажется странным. А что касается их духовной мотивации. Но, мой дорогой, тогда все жили с ощущением Царства небесного. Люди уходили в монастырь под конец жизни, а люди жертвовали на церковь все. Люди каялись в грехах, хотя грехи совершали. То есть их категориальность мышления была полностью противоположна нашей. Они верили, мы нет. То есть вы пытаетесь допустить это умом, разумом. Ничего мы так не поймем. Тут надо поверить. Но поверить нам тяжело, я понимаю. Мне не меньше вас. Да? Хотелось бы, чтобы было обосновано более. Ну ладно, я еще основные вопросы. Давайте по поводу денег тогда. Нет, не будем по поводу денег, а скажем, по поводу веры. Вы, мой дорогой, вы, вы просто- Другое. Вы просто усвойте: вопрос веры, он не может быть ничем обоснован. Тут или веришь, или нет. Если- Да, с этим я согласен. Ну вот. Люди, которые не верят. Они верят. Они верили поголовно. Внезапно все поголовно поверили. Была поголовная религиозность в Западной Европе, поголовная. Иначе бы они не ходили в церкви, иначе бы они- Ну буквально до этого говорили, что они были совершеннейшими разбойниками, которым- Но совершенно не мешает. Он мог трахнуть любую крестьянскую девицу, разорить любой- Он верит в таком случае. Бога и искренне на коленях, да, просил прощения, но, разумеется, не за крестьянина. Он разрешал трахать крестьянских девиц? Он не спрашивал об этом Господа. Он спрашивал о людях, у того, кого он считал людьми. Но если бы он обманул рыцаря, если бы он в ку-- не отдал бы долг карточный или который в кости, если бы он бросил товарища в бою, был бы несмываемый позор и за это могли извергнуть из рыцарства, и это ему Господь не разрешал. У вас с, э, Александр, э, вы понимаете, да, что я вас люблю и ценю. Поймите, да, у вас полная по этому поводу путаница, да, в ваших категориях. Вера она- Ну бабочка. Это ангел, это ангел влетел, это ангел, да. Сейчас ее будут ловить. Смотри. Анют, она так тебе? Галя поймала. Надо отнести это сообщение, нет? Она так Гале, значит. Теперь вы понимаете весь смысл лозунга "От нас не скроешься". Да. Галька, спаси. Она вернется все равно. Тут лучше ей. Так вот, мой дорогой Саша, категория веры она такова: верили все. Нынешний джихадист, когда взрывает себя в автобусе или в детском саду, он как понимает? Это Аллах, Аллах ему разрешает? Конечно, разрешает. Конечно. Больше того, требует от него этого. Да? Вот это в наше с вами представление не вмещается, а у них вполне. Крестоносцы взяли Иерусалим. Готфрид Бульонский, рыцарь без страха и упрека, chevalier sans peur et sans reproche. Они учинили офигительную резню. Готфрид сказал так: "Если я увижу кого-то с женщиной, с армянкой, еврейкой, христианкой, сарацинкой, ребята, вы не обижайтесь, я лично отрежу, да, а потом голову. Но сначала это. Вот имейте в виду: если кто-то из вас осквернится вот таким грехом и до того, как мы зайдем в Церковь Гроба, если вы что-нибудь возьмете из чужого имущества, имейте в виду, я вас предупреждал". А убивать - это святое дело. Конечно, неверных можно. Они резали всех: стариков, детей, тех, кто крест выставлял. Как бы их ни просили, они вырезали всех, кого застали, и по колено в крови на коленях ползли в Церковь Гроба со слезами на глазах, со слезами умиления, где провели три часа в молебне, вымаливая у Господа прощения за грехи, но не за тех, кого они зарезали. Тем они сделали только добро. А за те прегрешения вольные и невольные, которые они совершили против своих. Такие были нравы, совершенно отличные от наших. Да. А насчет того, что разрешает Господь, это ж каждый с ним лично договаривается. Да, это каждый с ним лично договаривается. Картинки! Картинки. Картинки. Садитесь сюда поближе или становитесь поближе к Сергею, а я стану, ну куда? Или сяду вот туда вот. Сизиф, да? Сизиф катывает над горами. Отношение к физическому труду в Средневековье вполне понятно. В античность. При таком отношении, конечно, общество разбогатеть не могло. Физический труд людей в рабах, да? Потом было пересмотрено. Следующий, Сереженька. О! А теперь смотри, каким путем идет христианская Европа. Библия становится главной книгой. И это правильно. Но опять-таки вопрос: какая Библия и как ее трактовать? Теперь куда идут определенные новозаветные предписания, как выражается Саша, что разрешает Господь и что он требует. Есть же, как правило, логичного движения, предписывающие и запрещающие, да? Так вот, что предписывается, сейчас Сережа нам покажет. Тот по латышски не любит. Это для Риги я готовил, для своей любимой Риги. Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Небесное. Евангелие от Матфея. Следующая цитата. Иисус же-- а что я буду читать? Не видно. Красавица. Аня, прочти, пожалуйста. Иисус же сказал ученикам своим: "Истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное. Еще говорю вам, удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие". Евангелие от Матфея. Вот она так. А плюс к этому его дивные слова: враги человеку домашние его. Следующая цитата: да раздай все нищим, пойди за мной. Не мир Я пришел привести, но меч. Да, Я пришел не соединить, а разделить, разделить невестку со свекровью. Помните, да? Да, таким путем. Ну и куда это привело? Это называется антиномизм - полное антизаконничество. Апостол Павел говорит: кто не женился, тот не женись. И вообще, какой смысл жениться, если не прейдет род сей, то есть не кончится это поколение, а уже Господь придет со славой судить нас. При таких настроениях куда бы пришло общество? У нас тут, Сережа, есть ответ. Вот к этому парню, который похож на Ваню Николаевича Насто, но с глобиндой. Это путь в нищету, в какой нищете Западная Европа пребывала, ну, скажем, в ту же эпоху крестовых походов, при полном забросе римской инфраструктуры, при том, что надо было, скажем, там, добираться из Рима в Париж несколько месяцев, потому что не было мостов через реки. Леса кишели зверьми и разбойниками, неизвестно, что хуже, дороги непроезжие. В общем, был ужас, темный ужас, да? И, собственно говоря, никто не стремился особенно это улучшить, потому что все ж думали о Царстве Небесном, а богатство - это проклятие, а город - это проклятие двойное. И вдруг все меняется. И вот мы смотрим как. Во-первых, святой Бернар, вы видите его, да? Вот он такой в длинных одеждах, с тонзурой. Вот он дает коленопреклоненному королю Людовику Седьмому орифламму - золотое пламя, знак святого усердия на святой земле. Смотрите, как стоят рыцари с обнаженными мечами. Старик сразу за-- покажите нам, Сережа. Вот за королем, просто чтобы я не соврал, да, вот он, лебедь, да? Это Гуго де Пейен. Это и есть первый магистр Тамплиерского ордена. Смотрите, какие лица у всех, да? И в каком умилении Людовик Седьмой. Орифламма, сейчас она выпускает прикладки, что-то там еще такое очень важное. Да, а, ну, чудовищная профанация почтения произошла всего. А в принципе, это золотое знамя французских королей, дававшееся самым доблестным рыцарям для того, чтобы им было под каким стягом совершать подвиги во славу Божию. Вот так, мои друзья, без комментариев. Дальше. Вот святой Бернар в Триг, вы просили, да? Одна из крепостей тамплиеров на юге Франции. Смотрите, какие стены. Это же надо уметь. Да, сейчас софиеле не возьмешь. Вот такие они строили штуковины и на Святой Земле, и во Франции, и кое-какие крепости святых в Италии. Просим следующий. Это на юге Франции, в Тулузе. Вот это Монсегюр знаменитый. Ух, и крепость, как вам нравится? То есть ребята строили на века. Конечно, брать в открытом бою не было никаких шансов взять. Не зря боялись. Конечно, не зря. Они, во-первых, не зря боялись, а во-вторых, их не зря боялись, да? То есть нельзя, как далеко заходили их замыслы, замышляли ли они его, тоже в этом обвинили, государственный переворот, там, свергнуть этого Филиппа. Прямых доказательств нет. Ну а то, что они себя оговорили, это же не стоит дорого. Но чтобы таких строить форпосты, это, ну, это не просто так. Что у нас там дальше? Жан де Моле, последний великий магистр. Видите, ну тут он еще в славе, еще на своих ногах. Вот старик, вот в угрюмые года, с мечом в руках, с тамплиерским крестом на груди. Это был он еще в славе, но умер он совершенно другим человеком, конечно, униженным, сломленным, больным и, главное, совершенно не понимающим, что собственно происходит. Попробуй он по-- умирал бы из-за идеи, которую любил. Да, если бы его казнили сарацины А тут свои. Можете себе представить их высокое положение? Я уже об этом говорил. Давайте дальше. Магистр - это высший иерарх? Да, в военно-монашеских орденах Великий магистр это или гроссмейстер, как говорили немецкие рыцари, это высший, высший ранний человек. Вот сжигают. Это оригинальная гравюра того времени. Тут замечательно, как народ зажимает нос. Ну, конечно, когда палят человечину. Это остров, он называется Ижюиф, вот такой маленький островок в Сене, недалеко от него в Париже Сен-Ден, там где-то Иль-Сен-Луи, да, остров Сен-Луи, вот от него чуть дальше. Раньше там был еврейский квартал, потом, конечно, он разросся колоссально, а тогда вот в те времена евреям разрешалось жить только на этом островке. Это было самое такое позорное место. Там была свалка, скотомогильник, ну, по отношению к евреям. И вот там же, значит, вот сожгли, как еретиков. Вот они бедняжки принимают крестную муку, а палачи льют угли, ну чтобы они умерли не сразу, а помучились, да? Значит, там мокрый хворост и всякие такие прелести. Люди научились насчет помучить себе подобных. В этом плане, э, партия накопила опыт решения национальных проблем. Вперед! Э, часовня Распятия в Шотландии, в целом пуританская такая совершенно страна. И вдруг там сказочная роскошь, украшения из виноградных гроздей, какие-то небывалые мраморные украшения, да? В этой вот часовне, по-моему, происходят некоторые события романов этого Брэм Стокера. Я не осилил ни одного, вы меня простите, мне как-то тяжело уже стало читать фигню. Я сейчас вспоминаю Грибоедова: "И глупости не вслепую, а пуще образцовых". Я смотрю на этот устрашающий размер и думаю: такого размера я уже не прочитаю. Да, и как-то я вот не осилил, но рассказывали мне, да, потому что я уж прочел немного, люди куда более славные, чем я, о том, что вот в этой вот, значит, часовне Распятия происходит некое действие, оно до сих пор окутано легендами. Говорят, стояла реально воинская сила тамплиеров там. То есть, э, вот люди, которые там спаслись, в английских же тамплиерах нетронутые, и они вот там, значит, были еще в качестве именно таких вот тамплиеров, даже не масонов какое-то время, да? В Швейцарии они как раз наоборот, очень быстро сменили свой, так сказать, статус, да? В Шотландии они сохраняли весь вот этот свой ритуал служения еще достаточно долго. Вперед. Ну вот уже как бы, да, смотрите, надгробие такое вполне масонское, да? Тут угольник, вот, и крест такой очень, так сказать, любопытный, похожий на розенкрейцеровский. Это могилы тринадцатого-семнадцатого веков французские. И уже, так сказать, вполне масонская символика проявляется. Ну, сейчас уже откопано очень много документов. Уже книги есть по этому поводу обобщающие, особенно на французском языке. А вот, так сказать, масонском, раннем масонском движении, сразу после тамплиеров возникшем. И более того, даже есть гипотеза, что, так сказать, протомасонство, оно возникло даже еще когда тамплиеры еще жили. Уже там на юге Франции как бы замышлялись некие вещи, которые потом, еще тогда никто не ожидал такого краха тамплиерства, а просто они осознавали, что возникла необходимость переосмыслить парадигму, по которой они, э, жили, да? Вот то ли это братья, которые жили в той эпоху, да, еще тамплиерскую, то ли после, но надгробие вполне красноречиво. Дальше, следующая. А это уже чистое масонство, да? Все эти знаки: и глаз в треугольнике, да, и пирамида - любимый масонский символ. Ну, пирамида это же как бы триумф каменщика, да? Попробуй сложи пирамиду. Это же первых архитектор должен составить, это каменотес должен вытесать, это гимн совместному человеческому труду. То есть то, к чему масоны и призываются. Как это противоположно, заметьте, Сизифу, хватающему камень. Там труд - это проклятие, сколько ни хватай, камень будет падать вниз, да? А здесь наоборот, не жалея усилий, какие штуковины воздвигнешь, да? Переосмысление основных, ну, скажем так, констант бытия, в том числе отношения к труду. Вы меня слышите, да, как я говорю? Извините, я тогда так. Вот. Ну и масонские атрибуты здесь вон и циркуль, и угольник. Мы поговорим, что они значат. Это одна из самых любимых масонских эмблем, очень глубокая по символике. Ну и как вы видите, это просто знак, да, который носил по видимому, судя по атрибутам, которые тут изображены, кто-то из очень высокопоставленных. Ну, я слышал одну из теорий, что вообще- Или тот же треугольник с циркулем. Ну, правда, это, наверное, уже другая теория, но что между ними непременно должна быть буква G, которая вообще означала геометрию, а потом стала уже как God. Буква G есть во многих или буква Г, да, латинская, есть во многих, во многих символах. И она, конечно, обозначает их Бога, God, да? Да, но изначально была геометрия. Геометр. Великий геометр Вселенной. То есть да, да, они называются- Ну и геометрия в этом плане, в этом смысле. Не геометрия как наука, а геометр - творец Вселенной, и он же Бог, да? Это да, безусловно. Буква Г она очень, так сказать, на месте в этих масонских эмблемах, это вы верно. Прием-- ну, это уже мы, конечно, скачем вперед. Ну, просто вот такое дело, да? Это прием в братья уже, конечно, семнадцатого-восемнадцатого века. Тут, видите, плащи и шпаги, балдахинчик, за которым восседает мастер единственный, он в шляпе, да? Это, конечно, ну, копия одного из французского придворного ритуала и рыцарского, да? Когда все без головных уборов. Вот он первое лицо в шляпе, да? Шпагами касаются братья- Вновь принимаемого брата, который лежит на полу. Так и должно быть. Он распростерт в углу, видите, в правом их плащи. Вот, обратите внимание на балдахин. Совершенно обалденный балдахин. Под таким балдахином мастер ложи его оседает. Такой балдахин мы можем увидеть с вами в самом неожиданном месте - в заалтарном пространстве церкви Всех скорбящих радости на Ордынке. Да, и для непосвященных, полных профан. Это, конечно, вопросы смущения, а мы то уже не профан, уже не полны. Да, мы уже ого! И вот мы то понимаем, почему там, откуда взялся балдахин. Конечно, там вот сидел мастер ложи, там совершались масонские обряды. Что там Сережа дальше? Город и отношения. Ой-ой-ой! Посидим ли мы еще минут десять, пятнадцать? Просто чтобы завершить, да? Значит, камасутры не будет, но картинки интересные. Не, я просто предупреждаю, потому что потом спросят: вы обещали, где то, ради чего мы пришли? Отношение к городу как к сущности, как явлению, да, как к понятию полностью пересмотрело масонство, полностью. Город проклинался и иудаизмом первоначально, и христиа-- я лучше сяду туда, а потом, потому что, во-первых, меня здесь смущение вполне понятное. Я все время отвлекаюсь, путаюсь. Там я пойду и буду исполнять свой долг. Да. А во-вторых, мне будет-- буду видеть вас и отслеживать ситуацию, мониторить, как сейчас говорят. А! А вы говорите он безнадежен. Лох, но отсиделся. Я вам скажу так если зайца регулярно бить, он будет играть на пианино. Только надо, важна регулярность. Он должен понимать: в пять часов ему вламывают, и он пара-пам-пам-пам-пам. Это доказанный факт. Библия, мы разберем, кто будет ходить на библейские чтения, мы это непременно разберем. Библия самая антигородская книга. Ветхий Завет таков, таков же и Новый Завет. Чтобы не множить сущности, скажу вам город городов - это же Вавилон. А какие ему проклятия? А тогда под влиянием чего они пересмотрели отношения? Вот хороший вопрос Макс задает. Мы на следующей лекции с этого начнем. Вопрос не в бровь, а в глаз. Теперь смотрите, сначала просто да, как бы, ну, доказательство того, что Библия действительно книга антигородская, потому что городу Иерусалиму там поются всякие хвалы. Но это единственный город. Так и Египет, в них города, значит, ужасные. Ну а Вавилон так вообще блудница вавилонская. Вы же понимаете, да, это не шлюха, которая сидит на Окружной, это образ жизни. Вавилонская блудница - это городской образ жизни. Ибо, по мнению библейских людей, в их категориях, да, так они отображаются, в их категориях мышления кто в городе живет? Паразиты, паразиты. Крестьяне, кормильцы, они живут на земле, каждый под своей смоковницей, каждый у своего виноградника. У них там козочка, да? Чтоб туберкулеза не было. У них там финики, у них там жена, поле небольшое. А зачем много-то? А город средоточие греха и разврата во всех смыслах слова разврат. Кто там живет? Музыканты, эти твари, бесполезные люди, те, кто для них же изготавливает инструменты. А что такое играть на инструменте? Это же дьявола потешать. Там живут актеры. Ну, тут вообще нет комментариев. Там живут эти художники, прочая эта вся публика, да, которая рисует вот эту всю бесполезную хреновину, в крестьянском быту абсолютно неприменимая, да? Там живут женщины красивые, ну, назовем их танцовщицами, хотя многие давно уже ездят на велосипеде, а для них же ж тоже изготавливают всякие кольца, ожерелья. Знаете, как назывались серьги на старорусском языке? Увясла. Чудное слово, да, увясло. Браслеты - это что, эти ювелиры, да? А хуже всего те, кто делают вот эту женскую косметику. Все эти притирания, да, из хны, сурьмы, из басмы это самые отвратительные люди, потому что они потакают худшим женским чертам, да? И вся эта тварь живет в городе. Плюс там живет дружина царька или князя. Здоровяки, которые вместо того, чтобы землю пахать, да, они забирают все. ОМОН. Вот, и ну, жрецы, ладно, в храме и, собственно, царь, князь или кто там первое лицо со своим штатом. Ну, это ж прихлебатели, это понятно, да? И еще какие-то люди, которые пишут непонятные тексты, ну, их горсть. То есть город место блуда и разврата. Этим людям нехрен делать, и вот они вот этим занимаются всю жизнь. Вот что такое город. Вот что такое блудница вавилонская, блуд, заблудиться, не блудить, другой корень, а заблуди-- это заблудшие люди живут в городах. Правильные люди живут в селе. Горожане по определению не могут быть хорошими. Особенно четко это в Новом завете еще хуже, чем в Ветхом. Сам Иисус уходит из города. Царину Зарета был городом Господа Бога. В самые маленькие, там какой-нибудь Капернаум. И вот он среди кого проповедует? Среди рыбаков, то есть, по определению сельских жителей, да? Кто его паства? Рыбаки, крестьяне. Ну, потом там сборщик налогов, да, какая-то там уличная девица. Но это просто он малых сих подбирает, но в основном он делает на кого ставку? На крестьян, на крестьян. А кто предает его? Вы не напомните мне? Я часто задаю этот вопрос. Да, это же, вы понимаете, заученный текст. И мне одна студентка сказала: "Еврей". [смех] Но, блин, и остальные. Не хотела огорчать бедную девушку, потому что мало ли, вдруг она не лишилась еще невинности в лучшем смысле, интеллектуальном. А остальные это были кто? Даже страшно подумать. Да. Так кто его предал? Скажите мне. Городские. А откуда вы это знаете? Из Библии. А, ну нет, ну откуда? А как звали этого парня? Иуда. А полностью? Искариот. Иуда? Искариот. Искариот. А что такое Искариот? Искариоты. Нет, нет. Ну уже Искариоты. А Иу-- Искариот - греческое произношение ивритского слова иш-крайот - человек предместья. Слово крайот, да, кирьят - это квартал в свое время в иврите и старом, и современном. Крайот - множественное. Ну кварталы, как правило, предместья, пригороды. Бутовский. А? Бутовский. А вообще замкадыш. Замкадыш. Мытищинский, гад, люберецкий, да. Кто предал? Из сельских никто. Городской, собака. Это подчеркивается. Да, говорится там Иоанн Заведеев, да, Шимон Петр, а этот Иуда городской, пригородный. Ну, от него чего ждать хорошего? Понимаете, какая ненависть к горожанам, какая ненависть к горожанам. С другой стороны, горожане также трогательно любят сельских, как вы понимаете, да? И вот противостояние деревни с городом. Где могут развиваться ремесла, науки, скапливаться богатства, где может быть искусство, интеллектуальная жизнь вообще? Ну, конечно, в городе. Но в селе они просто не нужны. Село это царство целесообразности, оно гораздо ближе к деревне, к природе. Вы помните, да, говорили о натура и культура? То есть в натуре, в природе не нужно излишнее. Лишний признак у животного отмирает. А искусство нафига? Как говорил Николай Иванович Гумилев, да, не Лев, ученый, а Николай, поэт: ни съесть, ни выпить, ни поцеловать. Вот зачем? Оно незачем. Мы так и не знаем, зачем. Зачем существует искусство? А что было бы без него, да? Так вот, сельская жизнь это, конечно, жизнь без искусства и без науки даже в самом примитивном представлении того времени. Это жизнь без библиотек, без накопления богатств. То есть это все кажется лишним. А между тем и роскошь, и красота, да? И-и-и прекрасное. Оно же создается людьми, у которых есть досуг для тех, кто может купить. Без города, без средоточия таких людей невозможно развитие цивилизации. Цивилизация, civis, город, цивилизация развитие городов. А деревня, а она так и живет. Ведь как бы село ж принципиально не меняется, оно как было. Ну, там трактор пришел, да? Потом человек с портфелем, потом колхоз. Но принципиально деревня, она живет циклом, вписанным в природу, да? Сев, то, что называл Энгельс великолепным выражением идиотизм деревенской жизни. Там невозможен по определению никакой революционный прорыв, потому что какой прорыв ты совершишь, когда ты вписан в природный цикл? Что ты будешь сеять в январе? Ну давай. Да, ну, как бы это абсурд, да? А животные там у них окот, да? Вот они рожают, они в такое-то время. Что ты будешь им читать проповеди, делать кесарево сечение? Ну, это бесполезно. И там все идет в своем ритме. В городе все по-другому. Как ты диктуешь, так оно и идет, да? И смотрите, как в городах бешено убыстрилась жизнь вплоть до нынешних мегаполисов. Победил ли город деревню? Конечно, сейчас это уже однозначно. Деревне уже конец. Но как бы она уже, может быть, и не нужна в том смысле, как она была тогда. Но для того времени, для раннего Средневековья город был экзотикой, а деревня, деревня - это была вещь кормящая. Святой Бернар, упомянутый нами, ненавидел город, призывал монахов никогда не селиться в городах, только уходить в какие-то там пустоши, в леса, в горы и так далее, да. Город преобразил Европу. Конечно, города возникали и в других цивилизациях. Разве их нет в Китае, в Индии, на Арабском Востоке? Да тот же Константинополь. Но! Новая сущность прибавилась к городам. Городской воздух делает свободным. Чисто европейская поговорка. В городе, в граду, в городе возникли институции, которых не могло быть в селе: университет, муниципалитет, парламент. Это все чисто европейские изобретения. Кто их изобрел? Совершенно понятно. Следующий слайдик, и мы, наверное, будем выходить на финиш. Часы. О последней категории скажем сегодня, об остальном на следующей лекции. И мы ровно пятнадцать минут, четырнадцать, у нас еще в запасе четырнадцать минут. Часы не нужны в деревне, потому что все живут по природному календарю. Часы не нужны человеку, который временем не дорожит. А должен вам сказать, что никакая религия временем не дорожит. А нафига? У любого верующего в запасе вечность. То есть нужно осознать, что вечность то вечность, но твоя жизнь, вот она истекает в определенный момент, и ты должен дорожить каждым мгновением. Memento mori - помни о смерти. Carpe diem - хватай день и в смысле погони за наслаждениями. Почему нет? И в смысле торопись сделать сегодня то Что если ты не сделал, ты не сделаешь никогда. Время самый ценный капитал на свете. Значит, торопись. Ценность времени вот что осознали люди в европейской цивилизации. Пересмотр отношения ко времени как категории. Ни в Китае, ни в Индии, ни на арабском Востоке этого не произошло. Когда арабы, кстати, приезжали в Европу, они потрясались тупости европейских варваров, которые вот эти страшные хреновины вешают на башнях, а маленькие хреновины носят на пузе. А что эта хреновина? Она же показывает, сколько времени тебе осталось до смерти. Зачем об этом думать? И кто это, кроме диких варваров, мог вообще придумать такую штуковину бы носить? Разве это в арабском городе мусульманском могло бы быть на площади? Принципиальный момент: перемена отношения ко времени. А это означает, что временем начинают дорожить. Плюс к этому мы добавим перемену отношения к труду, и мы увидим, каким путем пошла Европа. И мы увидим, каким путем пошла Европа из христианских заповедей не дороже, ничем. Деньги - это страшное зло. Богатый губит свою душу. Все раздай и жди прихода вечности до мысли о том, что трудись сейчас, труд есть благо. Деньги - это овеществленный труд. И чем у тебя их больше, тем лучше. Ты не только не губишь свою душу, накапливая деньги, а наоборот, ты тем более желанен для Господа. И вообще, и вообще труд, время и деньги как три главные константы полностью были переосмыслены в контексте Западной Европы. Вот что двинуло Европу вперед. Мировоззренческая революция произошла. Ну, для нас совершенно понятно, кто ее совершил. И она совершалась не в один день. Революция это же не когда берут Зимний, да? Матросы увидели бабий батальон и взяли Зимний. Вопрос: что есть Зимний? Да, революция может занимать известное время. Это некий процесс. Вот ментальная революция в Европе совершилась. Перемена отношения к базовым понятиям. Вот именно это и произошло. В этом плане это мы начинаем разговор и на следующей лекции продолжим, да? Вот в пандан вопросу Макса: каким образом масонство сформировало европейскую цивилизацию? Вот мы начали этот сложный, важный и принципиальный разговор, да? Сложный, важный и принципиальный разговор. Перемена отношения к деньгам, ко времени, к городу. Все остальное потом приложится. Таким путем, мои возлюбленные. [шум в аудитории]
