Трактовка и интерпретация. Сотворение мира

Чем отличается трактовка от интерпретации? Ничем. [смеется] Как в замечательном анекдоте моего детства: чем отличается мент от мента поганого? Да в общем ничем. В общем, ничем. Просто интерпретация слова латинское, а трактовка русское. Значит, откуда возникла необходимость интерпретации? Ну, любой текст надо интерпретировать. Если вы помните, я вам дал рассказики и даже вот на последнем занятии, которое у нас было, порекомендовал там кое-какие уже не рассказы, такие большие прозаические произведения. Название этого-- Железные- А Железные. Как называется, Саш, рассказ ваш, который вы же мне прислали про вот этого, девственницу и рыцаря, да? Белое чудовище, точно. Дева и чудовище. Да, дева и чудовище, да. Дева и чудовище. Ну вот девственница и рыцарь, я вам все сказал. Дева и чудовище. Кратчайший рассказик, но замечательный, интересный. И Саше за него отдельное спасибо. Вы будете вознаграждены. Но! Я вам рекомендовал такие большие, да, Толстойна, Тортона Уайльдера, например, великолепного писателя, изумительного. "День восьмой", "Мост Людовика Святого". "Мост Людовика Святого" особенно интересно в смысле трактовки ведь, да? "Мартовские иды" это абсолютный шедевр, но там, как бы сказать, трактовать-то особо как бы и нечего, да? Там все достаточно очевидно. А вот "Мост Людовика Святого" еще очень интересный именно в смысле трактовки. Кто-нибудь прочел? Там в Перу через пропасть мост, сплетен еще инками, фиг знает когда, лозовый. Иии ну по нему ходят они. Ну и можно спуститься вниз. Но это обалденное испытание, спускаться, подниматься. А люди, конечно, идут по мосту в основном. И ходят, и вдруг он как-то там в двенадцатом часу какого-то дня с диким скрежетом лопается и бывшие на нем там шесть, шесть или восемь человек падают вниз. А проходивший мимо монах спрашивает: почему именно эти? И вот собирает материалы жизни этих людей. Это очень интересно. Ну, во-первых, сама завязка, да? Ну и роман, Уайльдер абсолютно гениальный писатель. Так что здесь есть как бы такой простор для интерпретации, да? Таня прочла, Игорь прочёл, да? Игорь? Виктор прочёл. Ну ладно. В общем, как вы помните, мы интерпретировали с вами даже коротенькие рассказики там Мажарова, да, Быкова. Такой жуткий рассказ. Вот и там Акутагава Рюноскэ обычно вызывает у советских людей тихий ужас, потому что непонятно, кто убил. Вообще что делает Мур. Вот, где Жеглов. Мажарова разве мы интерпретировали? Ну, пытались там как-то, да. Разные точки зрения высказывались на этот счет. Пхенс, там тоже по поводу Пхенса были лихие такие догадки. Но с Пхенсом проще. А вот Акутагава и Мажаров, да? Помните рассказ Мажарова? Не, ну там не один, там несколько ужасов. Они с Блешняковым, да? И такой любопытный рассказик, такой, очень мрачный, если его как-то истолковать, да? А если не толковать никак, так просто баловство. Человек выпил пива, спортфей. Он же написал. А если иметь в виду, что за ним нечто стоит, то очень мрачная получается картина, да, в рассказе Мажарова. Так это вот речь идет о прозе. Ну и кто там такой Быков? Он, конечно, толстый, толстеет с каждым днем, рекламируя благосостояние советского народа, но все равно он же не вызывает какого-то особенно ужаса. Ну, Быков написал что-то. А что говорить о священных текстах? Поэтому вопрос об интерпретации, он упирается во что: людям важно знать, верно ли они понимают тексты, которые в общественном сознании называются Священным Писанием. Как только текст объявляется Священным Писанием, даже современники, при жизни которых это происходит, хотят понять его лучше. Чем больше проходит поколений, тем больше текст, как сказать, обрастает, как знаете, вот у Стендаля есть такая метафора: ветка в пещере там соляными кристаллами обрастает настолько, что уже там простой дровеняки никто не узнает, а видит такую блистающую хрустальную корону, какое-то неземное создание. И на священные тексты, на Библию, на Коран, Новый Завет люди перестают потихонечку смотреть как на-- кощунственная мысль пропадает в голову по поводу Священного Писания, да? Так вот, верно ли мы понимаем Писание? Чем больше текст отходит по времени, тем он более становится непохожим сам на себя. И люди утрачивают способность на него адекватно смотреть, да, и понимать его, как он есть. As it is. А приписывают ему самые, самые невероятные разнообразные свойства. И тут получается одна интересная штука, которую всегда нужно иметь в виду в изучении любого текста. Правило, что нужно изучать текст, а не свое отношение к нему. Это вот первая фраза, которая должна быть девизом любого истолкователя, что изучать нужно сам текст, как он есть, а не свое отношение. Как только отношение затемняет сам анализ, так анализ становится неадекватным. Значит, если к тексту заранее подходишь как к священному, все тебе будет казаться там преисполнено великого смысла, необыкновенного содержания. Каждый значок, каждая буковка. Не может быть нелепости, не может быть случайности, не может быть ошибок переводчика. Все исключительно исполнено сакрального смысла. А если текст для тебя, ну, скажем, еретический или там чужой, или это текст другой, соперничающий, скажем, с твоей религией, ну, как для христианина Коран или как для мусульманина Новый Завет, то, понятно, что все там глупости, бредни, сказки, басни. Ничего такого быть не могло. Все это ерунда. И ищут, значит, одни нелепости, совершенно переставая обращать внимание на то содержание, которое в этом тексте. Но мы же всех этих крайностей постараемся избежать. Какой текст для европейской цивилизации самый главный? Библия, понятное дело. Еврейская Библия, которую потом христиане стали называть Ветхий Завет, и греческая, которую называют Новый Завет. Но с Новым мы тоже можем поработать, если вы хотите. Приносите какой-нибудь текст, мы истолкуем. Или я вам могу подобрать, если хотите. Но тенденциозно, а вы беспристрастно. И Ветхий, но Ветхий по объему гораздо больше и, конечно, в тысячу раз интереснее по понятным причинам. Поэтому его интерпретаций и трактовок несопоставимо больше. И поскольку этот самый Завет стал основой трех великих религий: иудаизма, христианства, ислама, то каждая из религий, конечно, накопила, ну, необозримые тома комментариев. Все их анализировать это, ну, это, наверное, задача для трехлетнего университетского курса каждой недели. Одни только тенденции в этих комментариях. А у нас ну сколько? Ну, один, ну два занятия, может, этому посвятить. Поэтому я вам скажу кратко так: если текст священный, как люди могут к нему подходить? Люди обычно говорят так: это слова не л-- не человеческие, а слова божественные. Раз это божественный глагол, значит, в нем нужно искать ответ на все вопросы. Вот какие есть вопросы в жизни, там и ищи ответ. Мужчина и женщина, их отношения. Работодатель и сотрудник. Причина возникновения войн. Почему мир полон несправедливости? От чего люди страдают? Что бывает после смерти? Все эти вопросы огромные, да, которые любого человека волнуют. Значит, где искать ответ на них? Тут. Иии, ну, при определенном напряжении можно найти. Есть специальные техники, которые позволяют, вот, значит, определенным образом текст подгонять под любую, под любой вопрос, под любую проблему, под любой запрос, который формулируется. Первыми толкователями, конечно, были евреи, потому что они писали эту книгу для себя и вообще не предполагали, что ее будут переводить, и она приобретет такую бешеную популярность. И, собственно, жанр комментариев, он получился таким еврейским по преимуществу, и все остальные комментарии, они уже, как бы это сказать, от еврейских, иудейских или отталкивались, или с ними спорили, их опровергали, или их продолжали. Если я ищу в тексте ответ на свой вопрос, значит, я должен уметь этот вопрос задать. Поэтому главная задача интерпретатора уметь поставить вопрос. Текст, он же молчит, он хранит божественное молчание, divine silenzio, как говорил Августин. А наша задача научиться спрашивать. Вот учитель может ответить, да, он там даже подзатыльник, как в дзенских практиках, да? Ученик спрашивает какую-нибудь фигню, а учитель бьет его с размаху, там, в лоб или по затылку палкой. Это тоже ответ. Ну, сумей его понять. А здесь никакого не будет ни улыбки, ни подзатыльника, ни тем более слова. Текст это не дождешься. Значит, надо уметь так спросить, чтобы текст тебе ответил. Поэтому первая задача интерпретатора это задача вопрошания, искусство вопрошания. Это самое главное искусство интерпретации. Уметь поставить вопрос. Это исключительно важно. И вот, ну, кто из вас захочет, так сказать, посвятить своей досуге комментированию или интерпретации любого текста, и священного, и самого светского, например, там, гениального рассказа Акутагавы или, там, романа Флайнора, еще чего-нибудь такого, то первое надо уметь задавать вопросы. Для того чтобы вопросы задавать, надо идти абсолютно по той же технике, которой пользовались все великие детективы. Вот чем Шерлок Холмс-- а как звали этого, который Гарра Поупа, там что-то, он же начал, да? У него был какой-то там детектив охренительный. Дюпон. Дюпон, Дюпон. Точность! Отлично. Да, Дюпон, потом Холмс, потом, естественно, там всякие Наты Пинкертоны, да? Да. А уж потом, конечно, Эрклю Пуаро. Ну и российский Шерлок Холмс Иван Пузиков, знаете, вообще был такой? Да. Герой, по-моему, Пантелеймона Романова, если я ничего не путаю. Они все отличались от обычных людей чем? От всех этих тупых инспекторов полиции, потому что полицию любили во всех странах. Они видели детали, которые от обычного взгляда ускользали, и к этой детали приколупывались, да? А почему тут окно закрыто, да? Когда вы говорите проти-- преступник проник через окно, но оно же закрыто, да? Или почему переставлены вещи в комнате? Или вот почему пыль везде на всей мебели, а, скажем, на тумбочке, да, покойной графини пыли нет? Ну, вот такая вот вещь. Значит, мелочь какая-нибудь. А иногда еще более мелкая мелочь. Человек это замечает и спрашивает, да? Вот это вот первая такая предпосылка - обращать внимание на мелочи. Мелочей в тексте нет. Если ты хочешь интерпретировать, в нем мелочей быть не должно. Значит, ко всему приколупывайся, и тогда, может быть, какие-то вопросы окажутся пустыми, но какие-то обязательно приведут к очень неожиданным открытиям. Второй момент по поводу текста. И это, конечно, отличает великих детективов от текстовых интерпретаторов. Текст написан же на некоем языке, а мы читаем его в переводе. Перевод, хорош ли, плох ли, он всегда отличается, и он всегда интерпретация, уже интерпретация. А нам надо пробиться к началу смысла. Поэтому в идеале тексты священные предполагалось знать в оригинале. Вот, ну, такое дело. Конечно, это тяжело, но желательно, да, скажем, в случае с Библией, конечно, читать ее на иврите. Так призывал блаженный Иероним, помните, да? Как раз вот когда убежал в гастроном, сказал: "Я сейчас за портвейном", то он призывал всю паству учить библейский иврит, как он и выучил сам, перед тем, как изготовил Вульгату, вот ту самую, общедоступный перевод Библии на латыни. Перевод этот был настолько классный и популярный, что народ истинно считал, что Библия в оригинале была написана на латыни. Толпы католиков так именно и думали. И, кстати говоря, считают так до сих пор. Вот в Бразилии я там спрашивал у благочестивых католиков: а читаете Библию в оригинале? Они говорят: ну, латынь тяжело для нас. Ну, там вот Франческо, вот он учит, да. Он уже глаголы латинские знает. Ну, я их не разочаровывал, что латынь постигает, а тут я могу всякие гадости говорить там справа налево. Ну, вот так, да? Такие дела. Пробиваться надо было к оригиналу, просто чтобы штришок, чтобы вы поняли, как это тяжело. В передачах моих этих бессмертных, о которых спрашивала Ника на "Эхе Москвы", про масонов, там была речь вся о Филарете Дроздове. Не слыхали? В Библейском обществе затеял переводить Библию с оригинала, да, с иврита. Перевод же был с греческого. А в доносе на него, который писал там некто Магнитский, он написал, что Филарет, зараза, и остальные, нигде не окопавшиеся в библейском обществе, вот перевели вместе с Герасимом Павским, таким священником, велели переводить Библию с языка иврит, который один только Павский и знал. А доносы все приносили Филарету. Он же был митрополит, и службу он так поставил совсем. Но доносы уже поскольку они, они все ложились ему на стол. То есть интересная и знакомая ситуация, правда? Да, и он на полях делал такие свои ремарочки. Тут он сделал такую интересную ремарку, там, где было сказано, что только один Павский знал иврит. Так вот, в этом-то и ужас. То есть он не осуждал доносчика, он просто комментировал отстраненно. А это девятнадцатый век в России, да? Уже боже мой, сколько там выучилось народу уже после Ломоносова. Это в пушкинские времена. Ну, нельзя сказать, что Россия уж там совсем отсталая, дикая страна. Грибоедов, Пушкин, все Адаевы разные. Народ-то, как бы, ученый. А вот один человек, ну, не один, он преувеличил. Там было человека три-четыре. Три-четыре человека всего знали библейский иврит, могли переводить Библию с оригинала. Вот такая вот штуковина. Это нелегкое занятие. Конечно, нам нужно знать оригинал. Это открывает совершенно иные плоскости смысла и позволяет с самого начала открыть в тексте то, что без этого быть выяснено не может. Вот таким путем. Как классические, скажем так, религиозные течения смотрели на перевод? Они смотрели на них так. Они говорили, ну, вот еврейская школа перевода, из которой потом выросла и христианская, что есть четыре уровня истолкования. И человек, который овладел всеми четырьмя, можно сказать, что он Писание знает хорошо. Сказать, например, все четыре? За те же деньги. Ну хорошо. Их четыре. Сначала простой, называется пшат. Я все это напишу. Ремез - истолковательный, потом драш - такой глубинный и сод - таинственный. Из этих четырех еврейских выросли потом четыре христианских: буквальный, иносказательный и аллегорический. И опять же, четвертый - таинственный. То есть практически они ничем не отличаются. Но, конечно, каждый трактовал в своем духе. Я вам сейчас приведу пример. Пшат - простой, ремез - иносказательный, намекающий, драш - истолковывающий, поясняющий, а сод - таинственный. Да, близки сода, да? Это ж таинственная вещь. Ну, вот и все. А у христиан, значит, буквальный, иносказательный, намекающий, аллегорический и то же таинственный. У евреев, кстати, есть потом подономаграма, да, то есть эти буквы П, Р, Д, С, да, составить. То есть легко объединить слово пардес или парадиз, что означает рай. То есть тот, кто истолкует Писание должным образом, обретет рай на земле. П, Р, Д. Вот такая вот штука. Поэтому комментарий, он не просто хорош как занятие, комментарий - это поиск новых смыслов Писания. Комментарий - это, например, для евреев поиск новых законов, чтобы еврейская образ жизни, основан на так называемой Галахе. Это такой вечно дополняющийся и меняющийся свод законов, который пытались, созидали все сферы жизни без принуждения, все абсолютно сферы жизни охватить, и опирается он на Писание. Значит, где искать новые законы? Жизнь меняется все время. Электричества не было раньше, да? Вот, например, в субботу можно пользоваться электричеством в Шабат, да? Вот для верующих евреев вопрос риторический. В Писании ничего про электричество нет. Куда-то несем, да? А вот можно или нет? Вот к чему уподоблять? Вот вам пример, да? Значит, поиск законов. Кроме того, комментарий - это какой-то некий образ жизни. То есть человек не живет в реальном мире, а он живет как бы в мире, как мы сейчас представляем гипертекста. Вот эти все дела, которые сейчас в интернете, да? Я имею в виду не носители, не технологические вещи, а концептуальные. Это все давно-давно было в комментариях. Потому что европейская цивилизация - цивилизация текста. И вот эти гиперссылки, вот это, собственно, и есть комментарии. И человек в них живет. Вот сейчас есть девушки, живущие в сети. Девушек, конечно, не было никаких в сети, они были в сетях проклятых каких-то, гадов. А в сети, ну, то есть условно в сети, в этом мире ученых комментариев на комментарии на комментарии в мире ссылок жили мужчины. Их было мало. Они были всегда в каждом поколении. Вот эти люди, которые не коррелировали вообще с реальностью, они жили в своем мире вот этого супер-супер-супер текста. Это любопытнейшая штука. В европейской, я не знаю, как в китайском, наверное, это тоже возможно. Я других литератур не знаю, они не такие богатые, но в европейской это сложилось какое-то даже специальное, ну, как бы занятие для суперснобов литературных. Когда человек пишет книгу, понятную там по цитатам, да, только там какому-то кругу избранных, он ссылается, опровергает, что-то пародирует, что-то разоблачает и выстраивает какую-то свою совершенно своеобразную ткань. Это мидраш, такой вот еврейский тип такого сочинительства. И вот великие сочинения, его много, это именно мидраши. Умберто Эко очень популярен. Это вот мидраш как способ, чем он такой интересный. То что он берет христианское сочинение некое, нам, может быть, вообще не интересно, но он учился в Падуе, а не в Белоруссии, как мы с вами. Поэтому он знает, и он на него пишет вот эту интересную штуку, и получается обалденно. Если вы говорите русскую литературу, то, конечно же, какое-то русской литературы, что есть базовый текст? Ну, не Библия, не надо меня пугать. Слова о полку Игореве. Ну-ну-ну, ну вот котенок сегодня в хорошем настроении. Кто наше все? Пушкин. Ну, вот жениться кто будет? Пушкин. А мусор выносить, причем все, скорее всего, парень, да? Естественно, он. И, значит, соответственно, на Пушкина и должны написаться, ну, вы знаете, какое количество, я был потрясен, прочел одну статью суперученую. Обсценные, то есть непристойные пародии на Евгения Онегина. Это охренеть! Это же люди тратили, причем полностью весь роман. Писали специально? Я случайно на это вышел, но когда прочел, я разочаровался. И пока не прочел всю монографию, не отлез, да. Они думают, что я хуже думаю, но я люблю говорить. Да. И в его времени писали? И что, до конца девятнадцатого, это отслежено. Но потом автор помер, потом Большие реки уже так же на Пушкина. Но я думаю, потом писали, но, может быть, меньше. Боже ты мой! Да их не менее пятидесяти. Вот. Анагрегори едоанагори атуман. То есть как-то вот, да, значит, раз текст стал таким, он мыслится как один из базовых. Это одно из определений. Но поскольку русская или советская нельзя себе представить без того, что все, да. Но бывают же и другие способы истолкования. Классический способ переосмысления пушкинского наследия и мидраша на Пушкина как личность, на Пушкина как образ, на Пушкина как краеугольный камень русской литературы. Классический такой роман это роман Битова, пушкинский роман, который я рекомендую. Он очень непростой, хотя он блестяще написан. Да, но это великолепный образчик такого сочинения. И там все цитаты достали. Хотя он пишет бог знает о чем, о самых разных вещах, от самых бытовых, там, какое-то пьянство, секс в общаге, какой-то Ленинград послевоенный. Но по большому счету, да, там есть литература, когда они разбираются с разным наследием, он все время возвращается. И эта система мышления автора, он такой Лёва Адоевцев, как альтер эго самого Битова, он все время возвращается к Пушкину, он работает над Пушкиным, он живет в этом мире. То есть как бы он там с кем не ссорился, с любовницей, думал писать ли ему донос на друга, там, или, например, нет у него денег, правильно он выбрал карьеру, там, дядя алкоголик. Все время куча всяких событий, которые его окружали. По большому счету, это все внешнее. А настоящая жизнь идет там, да, в его мыслях по поводу Пушкина, пушкинских статей, пушкинских прозрений, пушкинской поэмы Кинсюкева и так далее. Вот это классический, в русской литературе не такой частый пример вот такого рассуждения, да, на тему главного текста. Вот комментарий, может быть, еще и дискурс. Вот как образ жизни. Вот человек этим живет, все остальное для него это такое прикладывается, да? Это ну просто для обеспечения жизнедеятельности. А жизнь настоящая, она в словах, в словах, в других мыслях. Его настоящая жизнь там. Сейчас это в сети, это ну просто уровень текста хреновый, да, в сети. По поводу чего они в сети переживают. А здесь уровень текста классный, да? И, значит, человек живет вот в этой абсолютно такой иллюзорной, вымышленной сфере. Это исключительно мощное явление европейской словесности и вообще европейской мысли. И оно рождено именно комментарием как способом мышления, который перерос в образ жизни. Ну, это не alles, комментарий может быть и обретенный в раю. Если человек верит в это и комментирует с этой целью, он постигает эти смыслы Писания, то я думаю, что рай он обретает. Рай же это не результат, рай это процесс. Верно? Вот он потихонечку идет и к раю приближается. Да? Сравните процесс производства детей и результат. Ну, разное сравнение. Конечно, процесс важнее результата. Движение все, а конечная цель, ну, дела, не важно. Вот так и тут. То есть самый процесс постижения заменяет человеку не то что рай, становится для него раем. Человек живет в этом ощущении, и тогда любые житейские невзгоды, они его не ранят. И как-то он сказал: над этой суетой всей летает. Вот такие дела. Ну, давайте посмотрим, как это в тексте. Сейчас у Саши даже есть Библия, да? Есть ведь, Александр Ильич? Я вам сейчас покажу, какие трудности становятся перед интерпретом. Прямо сразу, мы не будем куда-то туда лазить, а прямо в первой главе книги Бытия. Комментатор Инес Юссельдовски пишет по этому поводу так. Вот смотрите, самая первая фраза Библии. Я много раз ее говорил, но я, у меня нет надежды, что вы ее запомнили. А может, все-такинибудь? Сейчас мне не скажут, конечно, в начале было слово, и я останусь без лучшей своей аудитории. В начале сотвори Бог небо и землю. Правильно? Вот первая фраза. В начале сотворил Бог небо и землю. Это первый стих первой главы первой книги. Да. Вы там в комментарии-то особо не углубляйтесь, они вас хорошему не научат. Давайте- Зачем вы тогда такую толстую написали? Подождите, я не писал. Мы, как по-украински говорят, впорядковували. Мы переводили и в порядок все это. А писали люди, они уже давно беседуют там со стариком. Он их давно забрал в свою компанию. Это сборная его. Это все комментаторы средневековые разных эпох. Помните, я вам говорил, как эта фраза звучит на иврите? Бэрешит бара Элохим эт гашамаим вэ эт гаарец. Вот есть определенный артикль га и есть предлог эт, который на это указывает. Да, и тут даже английский перевод the heaven and the earth, он точнее русского перевода, но он тоже не тот, потому что в английском есть два артикля. А есть случаи, когда употребляется слово и без артикля. А на иврите только два. А по-русски вообще нет грамматической категории. А? Наверное, надо было написать эту. Вот можно эту, да. Тогда если эту, встает вопрос: а где те? Да, где эти самые те, какие там законы? То есть эта фраза о чем говорит? Она не просто говорит о том, что в начале, да? А она говорит о том, что есть множество миров. То есть это всего-навсего говорит о такой колоссальной астрономической, мировоззренческой, да, и теологической проблеме. Оказывается, мы не одни. Это обалденная вещь, согласитесь. Значит, мы во вселенной не-- это, кстати, многим оспаривается. И астрономами, и прочее. Была встреча в городе Цахкадзор, Цахкадзор в Армении, да? Там была единственная в жизни встреча советских и американских, тогда еще был Совок, американских астрофизиков по вопросам поиска внеземных цивилизаций. Я читал материалы этой конференции. Это очень интересно. Ну, понял я, как вам сказать? Я сегодня услышал одно сравнение совершенно чудовищное. Гад один рассказал. Он сказал: понял, как Путин в шахматах. Гнусное сравнение. Ну, то есть мало я понял, да? Вот я понял, как я в шахматах. То есть почти ничего. А, но какие-то вещи там, где за пределами формул, слова и особенно их пикировка там, отсылки, то есть стенограмма в заседаниях, на круглых столах. Очень интересно. И были два полярные точки зрения. Советский физик Иосиф Самуилович Шкловский, несмотря на свое такое обязывающее имя, отчество, был пессимист, и он не верил, что есть еще миры и считал, что мы одни. Поэтому жить при социализме для него было абсолютно невыносимо. А Карл Саган, французского происхождения американец из Калифорнии, говорил: есть еще миры и предлагал искать. Кстати, они ищут до сих пор, американцы. И это все его ученики. И на что же он ссылался, когда напоследок уже исчерпали все аргументы, какие были, включая коньяк? И тогда Саган сослался на Писание. Да, вот как интересно. И, а вот это уже было нечем крыть. Ну, в Библии же написано, а зря же не напишем. Значит, если гашамаим вэ гаарец, значит, есть множество нас миров. И это очень интересно, согласитесь. Да, совершенно меняет нашу картину мира. Да, и кстати говоря, это абсолютно противостоит птолемеевской картине мира, где сказано, что вообще Земля в центре мира, все вокруг нас. Ничего подобного. То есть мы реально на задворках где-то там, в жопе мира, в Рязанской губернии, город Касимов. А что мы решили, что мы в центре? Но как раз первая эта фраза, она лечит от этого как бы, да, геоцентризма. Нет, мы вполне можем быть затерянными среди этого великого множества. Одну из он нас сотворил, эту землю. А кто знает, сколько у него там еще на попечении, да? Целая сеть. Вот такие-то дела. И без знания оригинала никак это дело не раскусить. И еще одна проблема. Какой бы ни был русский перевод, лучше, хуже, никакой не переведет адекватно. Потому что если в языке нет грамматической категории артикля, ну что вы прикажете делать? Конечно, можно эту. Значит, будет тысяча возражений. Тысяча из них. Какой эту? В тексте нет. Кто вам дал право? Что такое? Да. Что ж, стенгазета? Это Писание же. Слова будете добавлять, да? Давайте перепишем. Этим, кстати, занимался Таргум. Таргум здесь есть. Есть потрясающие моменты, когда составителю Таргума, перевода, ему казалось, что Библия как-то неясно выражается, и он дописывал куски. Это прелесть. А где-то ему казалось, что что-то явно хрень они пишут. Он это выбрасывал. Это был изумительный парень. Да, вот я бы хотел с ним побеседовать где-нибудь в аду, куда, я не сомневаюсь, он попал и куда я, разумеется, попаду. Вот я попрошу, чтобы мы были рядом. Я у него спрошу: чем ты, падла, руководствовался, да? Почему ты это выбросил? Это очень интересно. Иной раз он прибавлял офигенные куски, страницы по полторы. У него разыгрывалась фантазия. Видимо, все хорошо. Выпивал сливовой наливки, шел к девушкам. Они пели ему песню, и он после этого фигачил. Это тоже, да, любопытно. А при этом он понимал, что он переводит Священное Писание. Но мы же так не можем. Вот вам первая фраза. Теперь дальше. Знаменитый момент, когда Бог творит мужчину и женщину, да? Двадцать шестой стих вы там находите? Там же у вас два перевода, да? Теперь двадцать шестой стих найдите. Да, вот уже, уже близко, да. Я вам прочту, вы не переживайте, у кого нет книг, я вам все прочту. И сказал Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию нашему. Ну, там дальше идет, пусть он владычествует. Ну ладно. Сказал он так? Вы нашли этот кусок? На какой страничке? Страничка. Один, двадцать шесть. Один, двадцать шесть. Ну какие странички? У всех же издания разные. Вот так я и хочу поболеть. Сейчас приду домой и повешусь на кого-нибудь. И сказал Бог, да: сотворим человека по образу нашему, нашему с большой, да, и по подобию нашему. О! Вот тут начинается засада. Значит, написано с большой. Бог один. Но зачем, почему нашему? Почему Бог не сказал моему? О блин! Засада натуральная. Читаем оригинал. Для кого засада? Засада для евреев, которые говорят: монотеизм жесткий, Бог один. Христиане говорят: оставьте вашу туфту, есть Троица. Мы же знаем, да, там старичок с бородой, еврей с крестом и голубок, разносящий карнетузы. Да, Бог отец, Бог сын и Бог Дух Святой. А? Тогда если трое, то по какому паттерну? А, неважно. По нашему, чтобы была в нем часть каждого. Но все равно красиво, да? Вот, значит, христиане говорят: видите, в самых первых строках утверждение догмата Троицы. Еврея чешут, блин, давайте посмотрим оригинал. Написано :"Бетзельмейну кедмутейну". Опять по нашему. И не ответ-- грамматика не помогает. Как быть? Засада лютая. Этот аргумент приводили во всех диспутах христианские монахи еврейским раввинам. Говорит: вот видите, блин, написано, вот вам Троица, хрен ли вы возражаете? Да? И как евреи вертелись на пупе, чтобы сказать: нет, это не о том. А к кому он обращается? А кто такие они? Почему в тексте так стоит? Большущая загадка. Вот бетзельмейну кедмутейну, по образу нашему и подобию нашему. Вот вам пример, как две конфессии делают из одной и той же коротенькой фразы абсолютно полярные выводы. Для одних это тоска и огорчение, и досада, а для других радость от того, что их точка зрения торжествует. Но мы же идем дальше. Так, двадцать седьмой стих. Нашли? И сотворил Бог человека по образу своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину, сотворил их. О ё! Еще раз. И сотворил Бог человека по образу своему, по образу Божию сотворил его. Правильно? Мужика, значит, да, разве его. Мужчину и женщину сотворил их. Ну что за, блин. Так его или их? Его или их? Сначала человек, а потом отделил от этого человека часть, стала женщина. Меньшая часть, худшая часть человека - это есть женщина, да? Это хорошая кавказская точка зрения, да. [смех] То есть, есть человек, а то, что от него осталось, это, собственно, и есть женщина. Вы помните фильм Банды Нью-Йорка, да? Там главный бандит говорит: сначала Бог сотворил Англию. Это лучшее место на свете. И он устал, присел, сходил по большому. Так получилась Ирландия. [смех] Тоже, ну, что же вы хотите от этого драчуна и мясника? Ну, такое антропоморфное объяснение, да? Его и их. Но в оригинале там еще страшней. Там сказано не мужчина и женщина сотворил их, а сказано: захар унекива бора отам. А это означает захар унекива - самцом и самкой создал их, а вовсе не мужчиной и женщиной. Вот. Значит, во-первых, его или их. Во-вторых, самцом и самкой. В-третьих, возможно, он их создал как бы, да, таким, знаете, да, андрогинус, он же гермафродит, когда они там спинами срослись, а по обе стороны есть на что посмотреть. Да? Но с другой стороны, он им поставил задачу: плодитесь, размножайтесь и наполняйте землю. При такой диспозиции никак, никак, да. Человек - это все-таки как вид человек. А то, что они вот полярности две, мужчина и женщина- Потому что тогда одна была женщина, а потом уже- Так, а больше того, сейчас мы придем, а дальше он опять создавал бабу. А куда же он эту дел? Куда? Она была неудачная. А это не животных он создал? Не, он не животных. Там животные да. Вот до этого, Катюша, почитай-ка до этого. Там они над всеми животными, они господствуют уже. Над гадами, пресмыкающимися, депутатами, ментами. Над всеми животными они господствуют. Да? Видишь? Вот. Это вообще бесполое существо. Ты видела бесполого мужчину и женщину? Да. Да? Назови мне адрес. Нет. Между современными операциями по изменению пола. Они же там как бы. Фантазии девушки, которая перерабатывает на сидячей работе, они страшны, но имеют мало корреляции с реальностью, Катюхины. Видишь, бесполые, вот, не бесполые, а двуполые. Двуполые бывают, да. Двуполые. Двуполые бывают, но не бесполые. Бесполых не бывает. Ну, возможно, человек таки, да, бесполый не бывает, двуполые бывают. Рыбы, там. У Улигвуэй есть великолепная вещь. Там на какой-то планете, вот они тоже, у них приходит каждые, каждые, там, два-три месяца такой период. Они не знают, кем они будут мужчиной или женщиной. Да, у Урсулы ле Гуин есть такая вещь, да. А у нее же есть какая-то штука, когда он как бы сам в себе, он сам себя оплодотворяет не без удовольствия, да? То есть- Может быть, вот это отсюда взято? Это из Библии, да, конечно. Но автор-то он же не знал про Урсулу ле Гуин никак, да? Ни про Калифорнию, ни про Катюху с ее мечтами об изменении пола и калифорнизации жизни. Поэтому вот откуда такая странная фраза? Во-первых, его и их, да, грамматическое полное несоответствие. Я сейчас вам приведу еще один пример такого. Во-вторых, мы видим неточный перевод. А в оригинале тоже вот там и его, и его, и их. Его и их. И грамматически никак не согласуется, хоть убей. Его и их. Не, ну, Оксанита, ну как? Так его все-таки человека, да? Человек же, ну, вот он человек. Человек может быть мужчина или женщина, он не может быть вместе. Сначала без, вообще-то, а потом- Потом двух их, и они на троих сразу, да? Конечно. Да, в классическом формате, да. Вот она Троица. Сначала односущность, а потом сделал самца. Но это уже фантазии, Саш. В тексте нет этого, да? В тексте нет. В тексте- Вот! Так. Нет, там, там не и их, да? А там мужчина- Саш, ты же знаешь, где я сижу. Ты знаешь, у нас есть такой там закуток, техническая комната, там четыре такие книги лежит. Возьми, пожалуйста.Всем. Нет, да, чтобы видно было. А, вы к этому? Я думаю. [смех] За несогласие сразу в закуток? Такого, думаю, не было раньше. И все так прислушались. И все думают: бедный Саша. А где-- если Саша туда, где завтра будем мы? Ни хрена себе, в закуток сразу. Так, фильтруем базар. А Катюхин позволял себе тут? А может быть, он создал мужчину все-таки, но с расчетом на то, что его ребро - это женщина. Доктор, кончай фантазировать. [смех] Какое ребро? До ребра еще тут идти и идти. Тут нет ребра. Мы изучаем, я вас предупреждал, текст, а не свое отношение. Вы же не знаете про ребро. Вы мне эту фразу истолковывайте. По образу Божьему сотворил его, мужчину и женщину, сотворил их. Да. Нет никакой возможности рационально объяснить грамматическое несоответствие, почему его и их. Есть полный простор для фантазии про гермафродита, про разные существа, про трех, как Саша сказал, да? И это все будут наши фантазии. А как реально, бог его знает. Почему ему, автору, да, было бы не соблюсти грамматику? Ну, что, не знал? Кто бы знал. И почему никто из редакторов не исправил, да? Потому что не знали, как исправлять, поэтому оставили. Верно. Теперь смотрите, мужчина и женщина отличаются от самца и самки? Да. Ну конечно. Значит, вот тут принципиальный момент. Люди, которые читают перевод греческий, это ж русский перевод с греческого. И миллионы людей, которые тысячи лет читают этот перевод, они даже не подозревают о том, что читают они неправильный текст, потому что вначале сотворил самца и самку, а вовсе не мужчину и женщину. Теперь понятно, зачем потом женщина понадобилась, потому что женщины-то и не было, а была самка. Это совершенно другое. И задача, которую он перед ними ставит, была, возможно, чисто биологическая, чисто репродуктивная. Давайте, ребята, строгайте себе подобных. Сейчас мы-- чтобы они господствовали над всякими жабами, рыбами, над тварями, над зайцами, а мы посмотрим, что из этого будет. Но эта задача не социальная, не психологическая. Это самца и самка. Так теперь понятно, почему потом женщина возникла. Тогда вопрос, куда делась баба, он исчезает. Бабы-то и не было, была самка. Ну, как утроба, да? Ну, как существо такое. Но ведь и мужчины не было, была-- был самец. По большому счету, да, по большому счету, и мужчины не было. Потому что мужчина и женщина, согласитесь, это функции, неизмеримо превосходящие самца и самку. Верно? Но как тогда, он же не создавал потом отдельно мужчину, создавал отдельно женщину. То есть как самец- Откуда феминизм проник в наши ряды? Не очень понятно. Или эволюция. Эх. Читаем дальше. Мне кажется, надо еще раз перечитать. Перечитайте еще раз. Вот вы дома среди других занятий, вы почитайте внимательно только один, одну первую главу, она очень короткая. Первая глава книги Бытия. Там изложена некая картина мира. Вот смотрите, начинаем с самого начала, с первой строки. Вначале сотворил Бог небо и землю. Я вам сказал о том, что тут есть артикль, да, определенный, и по-русски его не перевести, не передать. Но тут есть еще одна засада. Не помнишь, Катюхин, такая грамматическая? И опять же, по-русски она сглажена. Сотворил Бог небо и землю, а на иврите бoра Элохим. Это если дословно переводить, то будет так: в начале сотворил боги, и боги во множественном числе. Во-первых, грамматическое несоответствие, сотворил боги, а во-вторых, кто это такие, эти боги? Еще одна засада для еврейского богословия и аргумент для христиан. Как еврейская экзегеза, истолкование вышло из этого тупика? Она сказала: тихо, никакой Троицы, сидим, все сидим нормально. Это Бог, который включает в себя множество функций и атрибутов. Назвали его Хашем Цваот. Отсюда Бог Саваоф. Саваоф - это греческое произнесение Цваот. Это Бог сил, Бог воинств. Это он как бы в себе все включает. Поэтому все эти силы названы во множественном числе. Убедительно? Нормальный человек сказал бы: ни хрена. Ни хрена. А ученик как скажет? Конечно. Так вот, я спрашиваю: убедительно? Нет. Но делать нечего, так закрепилось. А некоторые комментаторы как делают? Они проходят мимо. Это самая простая позиция: не заметить. Фигура умолчания. Те, кто приколупывались, они на это обязательно обращали внимание. Теперь смотрите, в первой главе Библии- У меня везде Бог написано. Нет, это понятно, Бог. Нигде по-русски не встретите. Я имею в виду в комментариях. Да, да, да. Они уходят от этого. Ну, вот смотрите. А зачем я тогда взял? [смех] Вас наняли как относильщика. Читать оригинал по-русски. Смотрите. Третья, третий стих. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. Да? И увидел Бог, что свет хорош. А когда он создал светила? Позже. А откуда тогда свет? Непонятно. Еще один вопрос абсолютно темный. Хотя и светило есть, а темный, да? Вопрос и теологический, и астрономический. Ведь свет реально откуда? Свет от светил, от звезды по имени Солнце и отраженный свет от планеты Луна. Это мы знаем, да? Ну и от звезд, которые фиг знает где, но такой яркости, что даже сквозь эти чудовищные невообразимые расстояния мы все равно их видим. Но главный свет от Солнца. Как без светил может быть свет? Это исключено для нас. В нашем мире такого не может быть. Ну как? Откуда свет? Почему бы по умолчанию ни к сему не быть светлому? Да, может он- Это же следствие того, что там есть другие планеты. Не, не, тьма - это отсутствие света. Но что есть свет? А вот почему- Тьма - это всего-навсего отсутствие света. А? Что физическая субстанция? Сейчас мы понимаем: излучение, солнце, солнечная энергия, свет, да? Так или иначе, там прело-- не будем говорить об искусственных, да? Тогда ж их не было. Откуда здесь свет без светил? Что светилось, что было источником света? Вопрос на сто тысяч. Тоже масса копий ломалась по этому поводу комментаторами. Что светило, когда не было светил? И точно ли функции светил только светить? Может быть, у них есть другие. И делается какой интересный вывод. Например, каббалистическим комментарием, очень красивый. Может быть, не очень такой шибко научный, но очень красивый. О том, что есть внутренний свет, присущий предметам. Все может светиться, да, как сказал Саша. Саша сказал, излучать. Ну, скажем, светиться, да? От того, что все есть искры божественного света. В любом предмете, абсолютно в любом сотворенном присутствует искра божественного света, и поэтому этот предмет может быть источником света. Надо просто его заметить. Но чем мы наблюдаем и фиксируем свет реальный, физический? Глазами. А ухом? Почему-то нам ухом не с-- фиксировать темноту никак. Да? Никак. А каким органом мы фиксируем внутренний свет? Специальным неким, да, третьим глазом, да? Прозревшим третьим внутренним оком. Прозрение Ачес или слышащим сердцем в каббале. Оказывается, можно и сердцем, если оно слышит. То есть тут делается такой вот далеко идущий вывод. Это был внутренний свет. Он есть до сих пор. Простые люди видят только свет светил, свет физический. Человек продвинутый видит свет внутренний. Научись видеть и его. И помните, мы с вами искали внутренний свет и все ведь нашли. Железно нагреть тоже ничего. Если нагреть, конечно. Вопрос не делая с ним никаких. И помните даже, да, как ставилась задача брать предмет, не прошедший никаких ни обработок, да, никаких модификаций. Да. Значит, любой предмет реально может нечто в себе светоносное содержать. Красивая метафора. На текст она опирается очень косвенно. Что звучит хорошо. Нет, может быть, он говорил о противоположностях тоже, вернее, не противоположностях, а вот о двойственности. Значит, он вас Дальше. В чем проблема? О том, что свет, вас спросили, откуда. Да. Женщина, мужчина. Это понятно. Ну, это, так сказать, двоичная, бинарная оппозиция. Это, это неплохо, да. Но, во-первых, тут на этом не настаивается. А кроме того, тьму он назвал ночью. Но разве тьма это ночь? Тьма это совсем другое. А в Новом Завете есть такая интересная фраза: дьявол отошел во тьму внешнюю. Это что такое? Где есть тьма внутренняя и где тьма внешняя? И что такое вообще тьма? И, во-первых, и ночью, ну, за исключением таких ужасно темных ночей, ночью не бывает вполне темно, да? Вот сегодня, да, полно снега. Лунная ночь будет даже, ну, в Москве понятно, но где-нибудь в поле тоже будет, ну, в общем, довольно светло. Поэтому разве ночь - это отсутствие света? Это не то. То есть комментарии куда ушли? В сторону метафизики. Они стали толковать свет и тьму не как физические, а как духовные категории. Свет как некое внутреннее присутствие Бога, которое содержится в некоем виде в каждом предмете. Надо уметь разглядеть, научи душу читать. А тьма - это отсутствие света, это то, куда ты сам Бога не пускаешь. Ну и на этом целые, там, тома дальнейших комментариев изложены. Ну вот смотрите, мы прочли всю, мы не прочли реально, но я вас за- призываю, всю первую главу. Тут изложена, э- По дням. Да, по дням и даже, так сказать, по часам. По потопу. Не, никаких потопов. Тут создал, создал Бог мир, да. И он сказал, вот глядите, тридцатый стих первой главы: "Всем зверям земным и всем птицам небесным, всякому гаду, пресмыкающемуся по земле и менту и депутату, а этого нет, в котором душа живая, просто гаду, да, дал я всю зелень травяную в пищу. И стало так. И увидел Бог, что все, что он создал, и вот хорошо весьма". Ну, неуклюжая фраза "и вот хорошо весьма", как бы такой дед щукарь. Ну ладно. "И был вечер, и было утро - день шестой". Очень хорошо. Начинается вторая глава. "Совершены были небо и земля и все воинство их. И совершил Бог к седьмому дню и благословил, да, и почил Бог от всех дел, которых создал". И вдруг во второй главе в четвертом стихе: вот происхождение неба и земли при сотворении их. Как же, блин? Так уже ж было. Уже было. А тут вдруг: в то время, когда создал Бог землю и небо, и всякий полевой кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую траву, которая еще не росла, ибо Господь Бог не посылал дождя на землю. И создал Господь Бог человека из праха земного. То есть мы видим новое творение. Во второй главе книги Бытия описано новое творение. То есть как этот процесс можно себе представить, так моделируя? Бог создал мир как огромную самовоспроизводящуюся хитропопую систему. Увидел, как она работает. Сказал: давайте установим иерархию. Эти тут гады над рыбами, мент над депутатами и тд, тд, тд. А потом самец и самка над ними всеми. И посмотрел и сказал: ну, вроде ничего. И отдохнул. Пошел за портвейном. Ой, блин! Как-то, как- Переспал с этой мыслью. С мыслью-то ладно, да? Как в анекдоте про Степана Разина и княжну. А княжна-то где? Так, атаман, ты же ее бросил вчера в Волгу. Ой, как неудобно. И так вот он скажет: какая-то хреновенькая вышла земля. Как? Ангелы говорят: нет, нет, Господь все кла-- нет, я вижу, лажа. Вот тут хреново. Ой, нет, нет. И все. То есть он предыдущее творение уничтожил. И кто его знает, сколько он еще их уничтожал. Первый блин комом, потом второй. А может быть, и несколько блинов, и несколько сотен блинов было ком. И мы же не знаем, какова была продолжительность их существования в качестве кома. А может он их откладывал? А может быть, вы еще- Может быть, он их откладывал. Мы еще увидим. Что, Саша? Вопрос. А, то есть насколько можно быть уверенным, что первоисточник, если он один вообще, что не было просто некоей компиляции с несколькими, с более древними, условно говоря, там, выжило, ну, там после пожара, после чего-то там несколько, условно говоря, версий истории. Потом из этого- Или кусков. Или кусков. И чтобы не выбрасывать, потому что они где-то как-то одна другую дополняют, их просто взяли и вместе склеили. Никак уверенным, Саша, быть нельзя. Вполне возможно, так и было. Более того, если мы бы читали Псалмы, но для этого же никакой возможности нет, как бы должна была быть с вашей стороны реплика: еще Псалмов нам не хватало! Да. Ну-ка? Молчи. Псалмы читать. Псалмы, да. Так мы у-- мы бы с вами увидели, что там тоже поддерживается мысль про несколько творений. Там несколько альтернативных версий творения. Какая из них старше и откуда какая взялась, где какая уцелела, откуда какая берет начало и куда восходит по истокам, мы можем только догадываться. Но мы что видим? Если к этому тексту относиться не просто как к занимательной книжечке, да, а как к Священному Писанию и к Божественному Глаголу, что было, по меньшей мере, два. А если мы запомнили, что вначале Бог создал это небо и эту землю, то мы можем предположить, что неудачных попыток творения было сколько угодно. Не можем гарантировать, где они сейчас. И вполне возможно, что они-- он так же поступит и с нами. Да, где они сейчас, можно только гадать. Сидят они в запаснике, как в ЦДХ скульптуры вождей. Потом они оживут, их всех поставят, все будет классно. Может быть, вот эта еще теория эволюции как раз справедлива на этом фоне. Теория эволюции справедлива по-любому. И, кстати, Библии отнюдь не противоречит. Но вопрос ведь теория эволюции говорит о том, что с какого-то момента началось, а до этого момента теория эволюции об этом умалчивает. Но теория эволюции об этом не знает. Она даже не задается этим вопросом. А вот мы задаемся, да? Но, может быть, без больших шансов отыскать ответ. Но мы спрашиваем: а возможно было несколько творений? Да, вполне. И вот они перед нами. К какому выводу можно из этой констатации прийти? Каббалистические комментарии придут к очень интересному выводу о том, что, а почему вы думаете, что Бог все знает наперед? Нет, он ошибается и не стесняется в этом признаться. Если бы он хотел от нас это скрыть, ему без труда бы это удалось. Он это нам рассказал. Ведь он нам рассказал, а мы записали, да? Он это рассказал нам, чтобы мы понимали: он ничего не знает наперед, даже он. И нам не надо так сильно заморачиваться. То есть он не всемогущ. Он всемогущ, но он не всеведущ. Он не всеведущ, да, потому что он не может знать всех последствий своих действий. Каких-то вариантов он не предусматривает, и он оставляет воз-- открытым поле для эксперимента. Свободу воли дал человеку. Свободу воли дал впоследствии человеку. Абсолютно верно, Света. Да. Получается, что человек, он такой же, как и человек. Если он- Не, он не такой, но человеку слабо такое создать, да? Помните, мы смотре-- читали с вами в прошлую встречу пушкинские подражания Корану? Подъемлю солнце я с востока, с заката подними его. Ну и кто? Человек, да? Никак, никакой плотник, никакой погонщик верблюдов. Слабо ему поднять солнце с заката. А вот он может. Поэтому он, конечно, отличается от человека. Но! Каббала это рассматривает под каким углом? А вы, ребята, сильно-то не переживайте, что у вас не выходит. И у меня иной раз не выходило. Мы с вами затеяли новое дело, и для меня оно новое. И вот я ошибался много раз, о чем вам и повествую. Не все выходило у меня, не предусматривал я всех последствий своих действий. И вы не бойтесь. Не бойтесь экспериментировать, раз. Во-вторых, не верьте тому, кто говорит, что все будущее предопределено. Ничего не предопределено. Я сам его не знаю. Я его творю, я, ваш старик. Я сам не знаю, что-- зависит от множества факторов, в том числе и от вас. И не бойтесь экспериментировать. От вашего выбора все зависит. Не бойтесь экспериментировать. Ну, не получится, ничего страшного. Да? С ребеночком, например. Ну, явно неуда-- ну да. А как цыган говорит: этих отмыть или новых сделать? Шутка юмора. По поводу детей. По поводу же всего остального вот такой неожиданный комментарий. Но творение явно другое. И в этом творении появляется уже человек, не самец и самка. Может быть, Бог, наблюдая за тем, как действует самец и самка, понял, что это не совсем то, что он ожидает. Вернее, они существа неплохие и со своей задачей справляются. Но то, что он хочет, его стратегический замысел в эту тактическую модель не вкладывается. Это не то средство. Значит, самец и самка не прокатят. Нужно другое. А что другое? А вот человек. А человек это другое. Тогда он создал Адам. Адам, человек. И человек сначала был один, без всяких баб, заметьте. И неплохо жил, ибо жил в раю. Я ничего не хочу сказать, я просто ссылаюсь на Писание. Да? Ну никто. Из пыли, вот буквально из пыли и из глины. Тут опять Блаженный Иероним, принеся портвейн, любимый свой напиток, сказал бы нам так: ребята, мы же посмотрим на оригинал. Адам - человек, а адама - земля. Одна буквочка, но какая? Помните, мы с вами разбирали гематрию? Буква гей, которая придает, во-первых, определенность, а во-вторых, женское начало. Вот только вот этой буквой отличается человек от земли. Тогда понятно, прах ты был, в прах ты вернешься. Адама - это красная глина, да? И вот земля - это животворящее начало. Из земли все растет. А чем человек от нее отличается, мужчина? А нет вот этой буквы гей, вот этого женского творящего начала. Поэтому он-то сам по себе неплох, но бесплоден. Но из него, как из земли, не произрастет. Он должен по-иному оставлять потомство. Тогда родилась мысль сделать для него некую помощницу. Итак, идея женщины, да? Вон оно как. То есть вот такие своеобразные комментарии. Комментарии классические вы прочитаете, кто купит. Я вам говорю не стандарт. Если бы я вам пересказывал то, что в книге, нехрен было б книгу покупать. Да. Вот первый Боже создает человека по образу и подобию своему божественному. Так, а вот уже дальше он об этом, он просто вселяет в него жизнь. Он его творит из другой субстанции. Абсолютно не по образу и подобию своему. В Библии это умалчивается. Об этом умалчивается. Все же утверждают полубожественную природу человека. Кто это говорит? Ну, не все, но как бы. Кто это говорит, кроме выпивших дзен-буддистов? Христианство. Христианство меньше всего так говорит. Отец Игнатий, идите-ка поближе сюда. По образу и подобию своему. Да. Но фраза по образу и подобию, она много и много раз обсуждалась. Если уж, хорошо, вопрос интересный, хотя его задают калифорнийские оппозиционеры, но вопрос-то интересный. Ответим Катюхину. Что такое по образу и подобию? Как человек может быть похож на Творца? Во-первых, человек смертен, Бог бессмертен. Тут уже. Во вторых, человек телесен, Бог бестелесен. Человека главная собственность - его тело. Значит, страдания, желания, да, неутолимо все вот эти наши телесные, во, в чем и наше хорошее и наше дурное. Тело старится, тело жаждет, да, тело, э, вожделеет чего-то. И мы все вот как бы за телом идем и в болезнях, и в наслаждениях, и во всем прочем. А у Бога нет этого ничего. Поэтому чем он нас может быть похож? Мы конечны, он бесконечен. Он может быть творцом, он может творить. Да, вот, вот. Значит, тогда делается выбор. Единственное, в чем мы похожи на- В метафизическом смысле. Да, в метафизическом, совершенно верно. Очень хороший термин, такой вполне, вполне такой комментаторский, именно метафизический. То есть метафизика не в телесных делах, да, не в конкретности, это никак не катит, но в том, что превосходит обычное конкретное телесное измерение. Бог дал нам творческий разум. Не такой, как у себя, но дал неплохой. Да? Бог дал возможность осмыслять ситуацию. То есть разум анализирующий. И Бог дал свободу воли и свободу выбора. Что одно и то же. Вот эти три мощнейших качества отличают нас от любых других элементов творения. Ни у птиц, ни у дельфинов, ни у ментов, ни у депутатов этого нет, да? Ни у, там, цветочков, ни у пчелок. Они все живут по какой-то своей программе, как камни или повинуясь инстинктам, как животные. А мы нет. И вот в этом мы похожи на него. У нас есть осознание, анализирующий разум, рефлексия, креативность, возможность и желание нечто создать. И наконец, третье, у нас есть свобода воли. Мы можем выбирать любой путь: от саморазрушительного, начать нюхать клей и колоться, вот, или все разрушать нахрен. Это многие люди выбирают. И путь, полный креативности и констру-- конструктивизма, так сказать, да? То есть строить, созидать, быть полезным. А можно в основном люди выбирают средний путь, узнать. Но это сознательный выбор. Мы не живем по инстинкту. Вот таким путем. Вот такой делается выбор, вывод из этой, из этого вопроса, да, что такое по образу и подобию. Но! Вопрос, который задает Катюха, как калифорний-- она пришла в себя наконец. Вы мучаете ребенка тут, блин. Сейчас вот я вижу прежнюю Катюху. Вопрос не в бровь, а в глаз. А вот когда во втором творении творили человека, то он тоже по образу и подобию или уже нет? Там не сказано. Если по умолчанию предположить, то да. А если знать, что все то творение уничтожено необратимо и между ними черта непроходимая, то значит, нет. Этот первый человек был вообще бессмертен. И это тоже вполне возможно, что и был. Но это не человек, это был самец и самка, да? Да. Да. А этот однозначно смертен. Из праха земного возвратится и не предполагалось, что он куда-то пойдет, кроме рая. То есть Бог создал его, чтобы, человека, чтобы он жил в раю, и человек там по раю и шастал и неплохо себя чувствовал. А? Во втором человеке отделяется тело от духа. Однозначно, причем от нескольких стадий духа на этом кабалистической иерархии трех душ. Помните, да? Руах, нефеш, нешама. Руах - душа живу-- живу-- живая, животная, да, которая позволяет человеку отличаться от неодушевленных предметов. Потом нефеш - это оппозиция животное-человек. В медицине это называется вторая сигнальная система, в психологии сознания, то, что отличает нас от животных. Да? Они наши братья, но очень меньшие. И, наконец, нешама это именно человеческая душа, которая делает человека соратником Творца, не похожим и не богочеловеком, это Бог, но соратником Творца в великом деле преобразования мира. Вот. Но тут у нас получается такая штука. Мы же обычно знаем, что такое человек. Человек - это мужчина и женщина, да, которые воюют между собой, иногда заключая сладостные перемирия. Эта фраза мне удалась. Да. А тут мы видим, что Бог ничего такого не предполагал. И он создал, по-видимому, некий мир, который, ну не знаю, был ли он совершенным, но он его устраивал старика, который условно назван раем. То есть такая некая система, которая работала безотходно, без сбоев. Там, наверное, никто никого не ел. Там не было насилия как элемента мира. Да? Ничего не сказано. И человек там шастал, жил на всем готовом, ел плоды, там, и. Но вдруг Бог сказал: нехорошо человеку быть одному, хотя человек никак не жаловался. Мужики, мы не жаловались, что нету женщин, нам неплохо жилось в раю. Но старик сказал, что не, надо баб. Что-то как-то ты слишком хорошо себя чувствуешь. Давай-ка я тебе. Не надо! Ну ладно, подожди, посмотрим, может быть, нормально. Это одна трактовка. Другая, про которую идут мидраши, нестандартные комментарии. Они говорят, это сам человек взмолился. По мидрашам всегда Бог изумительный, а человек такой, ну, неприятный. Адам. Есть мидраши обалденные по игривости, когда Адам шастает по раю и наблюдает вроде дивные картины, когда животные, самцы и самки во время брачных игр совершают разнообразнейшие телодвижения. А он думает, блин, а я ж ким. Он туда-сюда, коза, верблюдица, никак не выходит. Там это описано в дивных подробностях, как он предлагал свои ухаживания овечке, козочке, верблюдице и не преуспел. А может и преуспел в ухаживаниях, но сам процесс разочаровал его жестоко. И тогда он взмолился к Богу и сказал: блин, а я вот как? И Бог сказал: Ну ладно, я тебе сделаю нечто, что хотя бы в этом смысле тебя устроит. И сделал ему женщину. Но опять же, кого он ему сделал, как в Библии сказано, кого он сделал ему? Жenu. Да нет. Подругу. Подругу. Мечта всякой женщины. Давай я буду тебе подру-- любимая фраза женщин, две у них. Давай расстанемся друзьями. За это она сразу убивает. И второе: давай я буду тебе подругой. За это она будет убить потом. А может, а может, соответственно. О, о, о, прочти, Катюхин, вслух, какой стишок это? Это два восемнадцать. Точно. Давай, Катюхин. И сказал Господь Бог: нехорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника соответственного ему. Сотворим ему помощника, соответственного ему. Блаженный Иероним очнулся от портвейна и говорит: Давайте глянем в оригинал. А в оригинале написано эзер ке негдо. Это охрененная фраза. Так подстать. Мы знаем, что вы имеете в виду подстать. Это, конечно, неплохо, но тут дело все гораздо сложнее, Катюхин. Да, тут и хоть подстать, хоть подсесть, хоть подлечь. А тут принципиальная засада, и она вот в чем. Эзер ке негдо. Дословный перевод: помощника против него. Вот как. Вовсе не соответственного. Что имелось в виду? Что такое эзер ке негдо? Помощник против него. Не такого, как он. Не такого. Да, альтернативного, противоположного, не такого. То есть, ну да. Но чтобы- Красивого, прекрасного, хорошего. Катюхин вернулся на работу. Катюхин, это опасно. Катюхин, вернись нам, вернись, вернись нам. Мы теряем тебя. Для дружбы и борьбы. Про дружбу я понимаю, про борьбу не очень. Борьба мужчины и женщины всегда заканчивается хорошо. Да, полной взаимной капитуляцией, да. Женщина способна бороться? Назовите адреса. Что бы я ни сказал. С чем бороться то? С чем, с чем бороться. С начальством. Если серьезно, что такое не помощника, когда мы читаем помощника соответственного, ну и хрен бы, да, тут не над чем спорить и думать. А когда эзер ке негдо, потрясающая фраза. Помощника, эзер - это помощь, помощник, ке - чтобы. Помощник, чтобы против него. Вот такой самый добуквенный перевод. Ну как такую конструкцию человек сочинил? Что имелось в виду? Тут не только дело в альтерна-- во-первых, женщина не альтернатива. Альтернатива, это хочу вам напомнить, это одно исключает другое. Мужчина и женщина, они не исключают, а наоборот, дополняют. Да? Значит, альтернатива исключается. В смысле равный, подходящий, ну, не знаю. Вот очень странный оборот, согласитесь, да? И как перевести его адекватно? Эзер ке негдо, помощник. Противоположный пол. На современном языке. Он помогает. Что против я понимаю, но помощник. А что, он не помощник, что ли? Ищу помощника противоположного пола. Адам, Адам. Мы когда сочиняли- Продолжать род же надо как-то, он один не мог. Нет, никакого продолжения нет. Наоборот, это уже потом, когда они были изгнаны из рая. А тут никакого, наоборот. Не предполагалось. Не предполагалось. Они- Дополняющего. А? Дополняющего. Ну, это все выдумки. Это как дружба и борьба, Катюхин. Это китайский поэт Катюхин сейчас сочинит дружбу, борьбу. Так их до фига, Саш, если была бы официальная, так было б классно. Официальных версий фигова прорва, вон у вас там написано толстенная томик. Самая нелепая. Нелепая. [смеется] Но это сказал не я, это сказали. Несите в протокол, да. Так. Латиноамериканских гостей аксанитов мы просим вести себя. Держать себя в руках. Да. Вы можете держать себя в руках? Могу, если вы мне поможете держать меня в руках. Мы когда сочиняли объявления такие прикольные. Первый приз взяло объявление: "Измученный воздержанием майор ищет партнершу для диспутов о путях развития социалистического реализма". [смех] Это было красиво. То есть не прикопаться. И все страшно смеются, да. А, ну вот здесь вот, да, Адам мог бы дать такое объявление. Фраза очень странная для комментаторов, для всех соблазн. Как трактуют? Ну, Катюхин спросил нелепое. Давайте возьмем самое неприятное. Женоненавистники монахи, обильные в раннем христианстве и в Средневековье, оправдывая монашескую жизнь, они говорили: ребята, так Бог имел в виду монашество. Вообще человек должен жить один в раю. Так что такое монастырь? Это рай. Баб то нету. И мы с вами братья, никаких баб. Заметьте, как мы тут процветаем. А в смысле голубизны не надо, классно будет. Во-вторых, говорили они, от женщины же одни неприятности. Ну вот смотрите, как написано, да? Это ж против нас. Ну, какая помощь в ней? Ну, помощь, да, мать нас родила, а дальше начинается одна только контра, одна только противность. Поэтому вот мать родила и сразу от женщин уходи. Все. Вот ты пришел в монастырь и правильно сделал. И наконец, третье. От баб надо держаться подальше, потому что кроме тела в них ничего нет. В ноздри человека, мужчины, Бог вдунул дыхание жизни, то есть душу, а в женщину из ребра и все. То есть в ней одна плоть, а души в ней нет. И напрасно будешь искать. Вот такие крайности тоже могут быть сформулированы, да? Это такие вот монашеские комментарии для оправдания монашеского образа жизни как подвижничества. Да? Вот такая штука. Но потом Бог навел крепкий сон, взял ребро, да, сотворил вот эту самую бабу. А, и дальше, значит, стали жить-поживать. Мидраш! Приходит автор Мидраша, никогда не бывавший трезвым, слава богу, и говорит: скучно, блин, вот это будут слушать каждую субботу в синагоге? Нет, конечно. Надо что-то придумать. О чем люди всегда слушают с удовольствием? О сексе, о деньгах и об убийстве. Но о деньгах в субботу нельзя даже упоминать. Остается убийство и секс. Вот эти две темы, ну, классические, неубиенные карты любого Голливуда. Мидраши на эту тему очень любят. Мидраш говорит: слушайте, я знаю, как было дело. Это тот автор, который сказал, что, помните, Адам перепробовал всяких животных, за что он сейчас даже бы в либеральной Дании пошел в тюрьму, потому что даже в Дании есть уже статья за скотоложство. Уже не совсем можно, медузу уже нельзя. А именно поэтому, да, он перед тем, как Бог создал ему жену, он сначала искал себе жену. Да, он искал партнершу, скажем, да. Но не нашел, да, не нашел. И значит, за что в том же духе составляется Мидраш, который говорит вот о чем. Взмолился Адам. Бог говорит: сделаю. И говорит: Ну, я же не знаю, блин, что тебе нравится. Ты вот, давай-ка ты посиди, наблюдай, ты не участвуй, но ты просто смотри. И он стал творить женщину. Скелет, да? Потом набросал туда мышц, потом стал вставлять ливер разный, печень, там, железы внутренней секреции, внешней, сердце, селезенку, желудочно-кишечный тракт. Вот. И все это, значит, хреновина. А потом покрыл это кожей, там, волосами. Еще и присобачил два соска. Говорит: "Ну правда классно?" Адам почувствовал непреодолимое омерзение и сказал: "Не-не-не, вот этого не надо мне". А он потом же видел процесс. Тот говорит: "Ну, не надо и ладно. Ты поспи пока". И он заснул. А он создал то же самое, но только Адам этого не видел. И он проснулся, увидел женщину во всей своей красе и сказал: "Боже мой, как она прекрасна! Значит, уже все". То есть Мидраш-то, он прост, а в нем намек. Да? То есть как бы не надо все демонстрировать и не обо всем следует знать, особенно, как это называется, партнер, да, партнер не надо, да. Такие дела. Вот такой комментарий. Но в тексте об этом ничего нет. Вы ведь помните, как Мидраш рассуждает по поводу Библии, как Дюма по поводу истории. История - это гвоздь, на который я вешаю свою картину. Да? То есть нет строгих делов. Он не спрашивает грамматику, чтоб красиво было. Но какой рассказ! Да? Блаженный Иероним просыпается и с портвейном говорит: минутку, а как мы истолкуем фразу, сейчас Катюхин нам найдет, о том, что создал Господь Бог из ребра взятого человека жену и привел ее к человеку. Привел, да? И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей, она будет называться женою, ибо взята от мужа своего. Вот оно как. А как это жена от мужа? Пока тот спал, там его, там- Ребрышко-то ей. Угу. Оно то так, конечно, но грамматически о блаженном Иерониме, вы помните, большой сторонник грамматики. Да, он же следит за согласованием родов и все время обращает нас к оригиналу. А в оригинале это очень красиво мысль проводится. Иша ми иш. Иш - муж, муж в древнерусском значении, да, муж брани, да? Муж в современном значении как брачный партнер, да? А жена, ну, жена на всех, во всех языках слово жена и женщина одно и то же. И в русском было так до середины девятнадцатого века. Да ладно, где это жена и женщина- Во всех языках. Во всех языках. Когда в Евангелии Иисус говорит на кресте- Маме своей Марии. Что мне в тебе, жено? Он разве ее имеет в виду как жену? Что мне в тебе, женщина? Нахрен ты мне нужна. Да, жена, жена - это женщина, однозначно. По-французски la femme, везде. Жинка по-украински, да, жинка - это женщина, жинка - это жена. И жены непорочны. И жены непорочны, разумеется. А по-английски? По-другому. Woman и wife. Совсем ничего похожего. Что? Woman и wife. Man и woman. Ну да. Ну, так вот она, woman есть. А слово husband и wife, они возникли гораздо позже. А man и woman - одно и то же. Ну, это женщина, не жена же. Жена. Woman - это жена. Для жены есть другое имя. Она потом стала. По-русски возникло потом слово женщина, да? А-а-а. И в украинском потом как супруга возникло слово дружина. Такой неожиданно, да? Дружина - это супруга, но это потом, это все очень позднейшие изобретения. Так, женщина, а какая, собственно, у женщины роль, да? Ну, не складом же руководить, правда? Не проводкой финансовых потоков. Женой. Таким путем. Да. Вот так. Так вот, иш - это муж, а иша - это женщина. И добавляется опять та же самая буква Hей. Та буква Hей, которая определенный артикль, та, которая заканчивает все женским своим-- хотя она же в начертании напоминает женщину. Сейчас нарисую. Да, буква Hей. То есть мужчина становится человеком только тогда, когда обретает партнера и подругу в лице жены, только тогда становится человеком. Вот такой комплементарный комментарий. А до этого слово иш не упоминается? Не упоминается ни разу. Адам. Адам - человек вообще, человек как, как гомо, как гомо са, как вид. Человек Адама, потом иш. А потом сам иш, муж, жена. Иша ми иш. Я немножко это самое, отпустило. А богами то как разобраться? Да никак. Никак. Вот так у евреев слово и осталось. И да, ну, еврейские комментарии говорят о том, что есть Бог сил Тогда война. Да, война, да. Тогда пламя, оно может быть пламя страсти. Сначала оно кажется, а потом оно все сжирает. Да, это или пламя ревности, разрушающее все на свете, или пламя зависти, или пламя скупости и ненависти. Вы знаете, какие бывают отношения, особенно между прежде любящими супругами. Это же страшный кошмар. Между людьми равнодушными друг к другу никогда не бывает такой ненависти, как между людьми, которые были в любви. Ну, разве не верный комментарий? Вот такая вот интересная тонкость. Но это каббалистические штучки. Обычные комментаторы не доходят до таких страстей, но тоже любят так с буквами поиграть. Вот вам волшебный Радзи, выберете отца Пьера Портвеня. Ну, Портвень святой не есть. Он обратил наше внимание в очередной раз на грамматику. И вот мы поняли, что такое фраза Жена взамен мужа своего. Да, именно так. Тогда становится понятным дальнейшее. А дальнейшее какая фраза? Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей и будут одна плоть. Шмель, да? Вот, э, вот этот псих на этом комментарии полностью опирается. Но были они оба наги, Адам и жена его, и не стыдились. Раз не стыдились, то они, собственно, не знали, а в чем, в чем стыдится и в чем различие. Да. Ну, естественно, никаким утехам они не предавались и так далее. Дальше начинается глава изгнания из рая. Змей. Что за змей, откуда он там взялся? Почему он был хитрее всех зверей полевых? Зачем ему нужно было нечто людям говорить? И тоже здесь комментариев великое множество. Например, а почему, собственно, Бог скрывал от людей плод с древа познания добра и зла? Почему? Ну, может, не время было еще. Оно, конечно, может и так. Больше того, змей так и говорит, змей говорит правду. Там интересная фраза: подлинно ли нам давайте. Правда, что Господь Бог не разрешает вам есть- И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог не ешь ни от какого дерева в раю? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. И сказал змей жене: нет, не умрете! Но знает Бог, что в день, когда вкусите и откроются глаза ваши, вы будете как боги, знающие добро и зло. Как вот эти самые элохим, которые творили, как творящие силы, помогавшие Богу творить вселенную, да? Вот те элохим во множественном числе. И увидела жена, что оно приятно для глаз и вожделенно, что дерево хорошо для пищи и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание. Откуда она это взяла? И взяла плодов его и ела. И про яблочко заметьте, ничего нет. А все изображают яблочко. И дала также мужу своему. А лох, не спросивший, тут же сожрал. Я правильно цитирую? Да. Да. Да. Вот оно только- Да. И узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания. И тут есть, а потом вот просто любопытный, э, двенадцатый стишок. Адам сказал: жена, которую ты дал мне, она дала мне дерево и я ел. Это типичное поведение мужское. Это абсолютно, стопроцентно. Это гениальная фраза, да. Бог спрашивает: Адам, ты где? А я голый и поэтому застеснялся и спрятался. Бог: а кто тебя, слушай, ты не хавал с дерева того? А жена, вот которую ты дал мне, она дала мне. А мне то есть, во-первых, ты дал мне такую суку, а потом она, а что мне было, а я не знал. Это абсолютно изумительно. И это полностью модель, которая репродуцируется во всех поколениях человеческих. До меня дошло теперь твое указание. Да, она дала мне и ел. Кроме того, чуть раньше, помните, она же дала. Он же не спросил, что ты мне, откуда? [смеется] И нормально. Так что так, женщины, что с вас взять, про эту жизнь. Что же это значит: ты будешь ходить на четвереньках? Ну как змея, так как-то на брюхе ползать. Тут масса, вот в этих всех главах, тут на каждую строку массы комментариев, все имеющие- Значит, до этого он ходил на ногах. И очень эффектно он же ходил на ногах, может, на четырех. На некоторых рукописях еврейских и христианских изображают змея с человеческим лицом, конечно, с крыльями, такой как дракончик, и он ходит на четырех лапах, пригибаясь, в некоторых на двух, прямоходящий змей. А потом, видите, у него лапы отобрал, и змей с тех пор... И кто такой этот змей, как он соответствует ли сатане, потому что соблазнил-то кто? Сатана. Тут Нахаш, змей. И потом, а что соблазнил? Ведь змей сказал правду. Он же знал, что змей рано или поздно скажет правду. Он же всемогущий. Нет, вы путаете всемогущее и всеведущее. Они всевидящие. Если он создал змея, который знает правду- Ну, все знали правду, и птички. Но птички мимо пролетали, мимо спокойно гадили, и никто же от них не погибал. А какую правду? Что вы не умрете. Он же говорит, что умрете, если- Не умрете. Он соврал Адаму. Не, в раю нет. Он не соврал. В раю, в раю, в раю не вымирают. Не, ну понятно. Ну, он же знал. Он же предвидел, что они в раю не останутся. Ну как вариант. Он же, видите, он не всеведущий. Вариантов, вариантов очень много. Во-первых, почему Бог от них скрывал? Во-вторых, кем тогда получается змей? Змей получается, представил перед человеком неизведанные перспективы. Познай, раздвинь горизонты, не бойся, проэкспериментируй, попробуй, попробуй, сделай. Откуда он знает о неизведанных таких перспективах? Может быть, он не простой, он хитрый такой, злой. Ну подождите, он же дал свободу выбора, он же экспериментирует. И ему тоже было интересно, а как поведет себя. Выберем или нет. Это уже вот приближается, так сказать, условно к католическим комментариям. Бог не хотел им давать свободу выбора. Он хотел, чтобы они оставались в состоянии блаженного неведения, как детишки, как животные, которые живут по правилам. Животные же не осмысляют свои действия. Они не заморачиваются. Почему черепахи живут по триста лет? У них нет с этим отношений. Да. А посмотрите на нас с вами. Вот лошадь, она веселая всегда. А мы с вами постоянно в тоске, в разговорах, психологи, да. И вся вот эта, вся кровопийца. И вот он хотел, чтобы люди жили в состоянии такого блаженного первичного невежества. Да. А люди- Путь познания. Но как выбрали? Им же дал змей. Так кто такой змей? Одни говорят: "Змей - это какая-то тварь, которая шастала. Где вы видели таких животных?" Другие говорят: "Змей - это Сатана, это Сатана человека извратил". Это, кстати, классический церковный христианский комментарий, что нам православные говорили. Сатана сказал человеку: "Познай!" Поэтому всякое знание понятно от кого. Поэтому сиди, блядь, тихо, а мы тебе все расскажем. А то вот видишь, как было, да? И кто тебе нашептывает: открой книжку, там еще познай, давай постарай экспериментик. Ясно кто, да? Вот такой церковный антисциентизм, антинаучная позиция, она опиралась как раз вот на такого рода комментарии, что змей - Сатана, он ведет человека к знанию, а знание разрывает связь человека. А какую? Разрывает. Реально знание разрывает человека не столько с Богом, сколько с церковью. Ну, церковь не дает знаний. Конечно! Нам церковь настаивает что-то одно и то же. Конечно, мы же, мы то знаем, что там зависит, а церковь все время пытается всех от this отвести. А вот такой вариант. Потому что если следовать, э, версии того, что мы вместе экспериментируем, то наоборот, знание приближает. Конечно. Кто это сказал? По каббале да, по каббале да. По церкви нет. По церкви знание отдаляет. А по какой? А какой путь мы выбираем? Да, ты правильно говоришь, что когда надо понимать, что это два взаимоисключающих пути, да? Вот некое существо говорит о том мужчине и женщине, о том, что а вот попробуйте. И они пробуют. Результат превосходит все ожидания. Во-первых, они видят не только, что они голые, но какую, как сказать, пользу из этого можно извлечь. Польза оказывается немалой, что бы вам ни говорили, а вещь они открывают неплохую. Разве это не стоит одной яблочки? А почему стали яблоки рисовать? Как это вообще? Яблоко - главный плод в европейской культуре. Яблоко поссорило богинь во время Троянской войны. Да? Это же яблоко приближает Париса, да, к Аграбу, которая обратила- Яблоки Злато руна. Золотые яблоки, яблоко. Не, это все примерно в одно и то же время. Да, золотые яблоки Гесперид, яблоки богов и богинь. Яблоко для европейской культуры самый главный фрукт, потому что, во-первых, их-- оно хорошо поддается селекции, множество сортов. Яблоко может, определенные сорта могут храниться всю зиму, зимостойкие сорта, и получается единственный фрукт, который всю зиму с тобой. И это источник витаминов и все, и всякой прелести. Яблоко сушится, из яблока вино, яблоко растет более-менее по всей Европе. Для европейской культуры яблоко как хлеб, как овес, как ячмень. Это принципиально важно. А вообще любые версии, чтобы был гранат, мог быть. Ну, мог, могла и пшеница. Есть определенные мидраши, там с поля растения, кто это может быть? Вот картошечка. Но знаете, что значит это яблоко, да? Древо познания добра и зла. Не указано вообще, какое это древо и как выглядят на нем плоды. Похожи они по чем-то на яблоки, но правда, сказано, съел, там что-то хрустило, да? Оно как-то, да, чтобы на челюсти щелкнуло. Но вот это существо, меня его мотивация интересует. Вот змеюка условно, он же говорит человеку- И ему ничего от этого. Вот. То есть он что хочет? Он хочет, чтобы эксперимент сдвинулся вперед. Да. Потому что эксперимент дошел до некоего тупика. Вот у меня? Да, правильно, ничего не делают. Они не могут ничего делать, потому что они не знают, как с этим быть. Да? И вообще, как это все хорошо. А кроме того, они на все готовом хрены. То есть они живут как трава, ходят голые и все. А может быть, это он же сам же, но просто в таком виде. Бог в виде змея? Ну, просто- Нет, так никто не говорил. Отец или-- Покурить надо. Но вообще заинтересует тема, с ним вообще. Не, ну это явно кто-то необычный. Это, видимо, одно из тех творящих сил- Да. Которые соучаствуют с Богом в процессе сотворения мира. И может быть, это был такой вот смелый экспериментатор, который сказал: "Блин, шеф забил на нас, на наш участок работы. У него там, конечно, до фига всего, а у нас ничего. Ну что такое? Они ходят и ходят, они не будут обходить". А что ты предлагаешь? А ничего особенного. Да. И он двинул эксперимент вперед, рискуя собственной репутацией и карьерой. Прекрасная- И он воплотился. Это существо, оно знает, чем отличается человек от Бога. Потому что, собственно, Бог - это тот, кто отличает добро от зла. Вот этого, как один из нас, не только Бог- Да. И он тоже отличает добро от зла. Да. Воплотился, он вошел в историю. Он вошел, и он ходит по этой самой, по земле, да? То есть это, это существо, которое поправило замысел самого Бога. Если так рассуждать. И после этого Бог, наверное, решил, что лучше в одиночку. Нет, не то что бы он оставил при себе, но вот на этого конкретно он сказал: "Парень, ты сильно превысил служебное полномочие, я читал должностную инструкцию". Есть ли добавки? Ты извини, это как один из таких сегодняшних комментариев в духе того правдоподобия. Но если мы так посмотрим на эту штуку, функция змея получается совсем другой. Кто такой змей вообще-то? Это получается существо, которое вмешивается в- Божественный замысел, когда замысел доходит до некоторого, ну, может быть, тупика или до развилки, он потолок, как говорят. Это не детские забавы, совсем нет, это не. Это же очень серьезная штука, а, потому что, может быть, эта система так бы и вот и была, и крутилась бы, а так вышли на совершенно новый вариант. И что? И хотя змей был выгнан и проклят- Все вышло из-под контроля. Но Бог создал новую реальность. Еще один раз он создал новую реальность. Тогда он сказал: "Ладно, разве так? Идите. И да, вот теперь уже полная свобода воли. Ты будешь рожать детей в муках, а ты, мужичок, будешь хлеб в поте лица и будете чувствовать влечение друг к другу. И посмотрите, как это хорошо и чем это для вас обернется. Тогда вперед". Но при этом обратно дороги нет в этот первозданное невежество, а идите вперед. Вот на таком комментарии настаивает каббала. Каббала говорит: вот так идет человечество от природы к культуре. Назад нет дорог. В природный рай, когда животные шастают по лесу или там по степи, не осознавая действительности вокруг себя, а просто повинуясь инстинктам. Назад дороги нет, дорога только вперед. Мы выбрали этот путь, и вот мы идем вперед. А кто такой змей тогда? По поводу змея есть интереснейший комментарий. Змей - это творческое начало в человеке, творческое, оно же некоторые называют его злым началом. Горе от ума. В каком-то плане да. Само изгнание из рая - это классическое горе от ума, да? А вот не успокаивайся, а вот культивируй. Даже один учитель сказал чудесную фразу: "Достаточно ли велик твой червяк? Велик ли змей в тебе? Если тебя не точит никакой червяк, то какое ты яблоко? Ты не яблоко, ты камень". Настоящее яблоко должно быть с червячком внутри. Во-первых, идеальных людей нет. Если ты идеальный, то ты химический. Тут любопытный я вспоминаю штришок. В Киеве был такой академик Белозер Степан Сергеевич, великий сельскохозяйственный авторитет. Он когда ходил на базар, он всегда выбирал только червивые фрукты и овощи, особенно фрукты, потому что их точно не опрыскивали. И он тоже дожил до девяноста лет со здравым умом. Да, во многом развивавший те же мысли, что и Амосов, был категорически противник советских экспериментаторов. Но не важно, это уже другой вопрос. То есть червивое, настоящее. А то, что мы видим, это химическое и необыкновенно вредное, хотя выглядит прекрасно. Настоящий человек с какой-то червоточиной внутри. А то, что мы видим, это все гламурные плоды телевизионного воображения. Таких людей не бывает. Не бывает идеальных персонажей. Это выдумка или голливудская, или социалистическая. А человек он такой. Если он живой, у него червячок должен быть. Это очень, мне кажется, глубокая мысль. Если в тебе нет червяка, так ты или умер, или стал камнем. Да? То есть тебя не точит никакая страсть, да? Никакое желание, никакое вожделение, никакие тайные мысли. Вот ты не смотришь на любовницу и думаешь: "Ммм". Ты смотришь на нее как на ретушь, как кто-то есть. Таким путем. Мысль очень интересна. Тогда змей получается то, что в нас внутри живет. Да, некоторые нынешние каббалисты сравнивают это со змеей индийской кундалини, поднимающимся энергетическим началом в человеке. Первоначальные каббалисты не знали никакой кундалини, но говорили о том, что в человеке должен подниматься змей. Очень перекликается с индийскими идеями. Да? В человеке должен подниматься змей, и не надо этого змея бояться. Если этот змей жив в тебе, ты человек, пока он в тебе жив. Змей помер, и ты мертвец. Поэтому вот присматривайся к себе. И фраза насколько велика тебя обезопасит червяк, ну, скажи змей. Насколько велик мой змей? Что меня тут еще забегает изнутри? Мне кажется, совершенно замечательная мысль. Надо не уйти от этих действительно детских комментариев. Змей - это сатана, это враг человеческого рода. Он возненавидел Адама. Хрена ли ненавидел? Да, а вот так получается интересный и довольно изящный комментарий. Да? То есть змей он не во вне, он в тебе. Культивируй в себе змея. Завтра придете- Расскажем. И расскажете, да, чему мы научились. Нам сказали: "Культивируй в себе змея". Понятно, скажут окружающие, отодвинувшись на безопасное расстояние. И как у вас со змеем? А в чем вообще идея Бога была людей в рай изначально селить отдельно от всего живого существа? Нет, там были живые существа, но, может быть, Бог хотел понаблюдать. Может быть, он хотел набрать материала для исследований. Может быть, он хотел, чтобы они там как-то себя проявили. Мы не знаем этого. Это наши все догадки и домыслы. Но он не хотел по какой-то-- может быть, он потом сказал: "Все, ребята, вы созрели, помоем. Да, хавайте яблочко". Или принес бы им, сказал: "Жрите заразы, хуже будет". И им бы открылось нечто. А может, он это яблоко как-то сделал бы не таким действенным. Они бы не все узнали, да? Так они узнали все. Во-первых, они узнали, что они смертные. Это самое ужасное открытие. А самое приятное, что они устроены по-разному. И этот факт можно использовать ко взаимной, взаимному удовольствию. А тогда встает вопрос: если они смертные, они просто этого не знали. Но Бог то знал, что они смертные. А может быть, он их в раю если держал бы, то смерти бы и не было для них. Но в новой реальности вне рая однозначно смертные. То есть он, может быть, это, вот это опять-таки, это ком-комментарий, который я читал в одной из книг такой сурово кабалистический. Рай, возможно, вот этот Эдемский сад, да, был неким осколком, островком, оазисом божественного мира, мира, где не было времени. Там был мир бесконечных сущностей, там вечно зеленели деревья, да там не было даже какой-то поры года. Там все было, допустим, осень, да, прекрасная плодоносная осень или великолепная весна, но все полно плодов. Не было течения времени как такового. А вовне рая, вот, допустим, это вот объем, это рай, а все, что вовне, там время идет, течет, и времени все подвластно. Там действуют законы энтропии, которые нас тут, собственно, старят и убивают. Как у Андерсена в Снежной королеве. Да, да, вечность. Нет, там старушка, которая у нее был сад, где было вечное лето и время остановилось, а вокруг все- А вокруг все же, да. Ну вот, вот, вот так. Если она двигается, если движется какой-то объект, времени как такового нет. Есть характеристика движения. Если есть два объекта, есть время, все. Если они движутся. Ну, в современной, в категориях современной физики это так. Не знаю, так ли рассматривал это вот автор этого комментария, но вот он говорит мы не со строго научными категориями, а такими более поэтическими, да. Это был осколок рая, и там ничего не происходит. Ну, может быть, есть время как физическая категория, не происходит ничего, там все время вот такое. Я как-то читал одну книжку в детстве и никак я не могу ее найти. Блин, так она мне нравится. Китайская сказка "Бухта кораблей, уплывающих завтра". Но там все время сегодня, там никогда не наступит завтра. Там происходит куча событий, но только сегодня, там нет завтра. Это мне кажется. Ну, может, я из детства помню, так это та же идея. То есть, может, время-то и есть, но не происходит неких перемен. Да, вот такой там, такой там был оазис, а он их выслал в мир конечных сущностей, где время явственно идет, как в наш мир, где мы живем с вами, да. И там мы время видим, да, мы видим, как меняется день и ночь. Видим, как меняются сезоны, как мы сами становимся все краше и краше. И, в конце концов, совсем красивыми. Ну, вот как бы так, да, все происходит. И теперь они в этом мире живут. И мы вот, да, мы люди, мы выбрали такой путь. Мы ушли в мир временного, назад в райский мир уже дороги нет. А где- При этом этот рай был в этом же, на этой же земле. Фиг знает, где он был. Там написано, что какие-то четыре реки там его омывали. Как эти четыре реки понять? Была это географическая локализация- Нет, но на этой же земле, на которой он ее создал. Может. А может, он потом его убрал. Это тоже наши домыслы. Нет, я имею в виду Бог создал землю, и Бог создал мужчину и женщину и поместил их на эту же землю, которая уже конечна. Кстати, вопрос. Там уже действуют какие-то другие законы. А как, как толкуется, когда Бог создал землю, ну, эту, там, не так представлять, он создал планету или он создал твердь, землю, как, ну, как я не знаю, как категорию, да? Как планету. Нигде, мои дорогие, таких категорий нет. Есть комментарии в средневековой каббале. Рав Арье, который говорил о том, что Бог сделал землю как планету. Он же описывает как планету физическую. Ну. Сущности, но если их сложить воедино, получается наша Вселенная. Ну, получается, наша Солнечная, может быть, не Вселенная, но Солнечная система однозначно, да. Но вот этот комментатор, рав Арье, он говорит: да, как планету. Причем он пишет в комментариях, не пойму, откуда, из текста следует неясно, что Земля, конечно, вращалась и вращалась среди других планет, и действовали на нее там разные законы. А то, что было вокруг Земли, это была Шхина, Божье присутствие, типа благодати. А мы бы сейчас как сказали, как вроде атмосфера или что это такое? Еще какие-то там слои, да? То есть, вот уже поздние комментаторы, они описывают именно как планету, ну, очень близко к нашим терминам. Такая немножко наивная, но вполне современная астрономическая картина мира. Вот так. А тут есть фраза: "Насадил Бог рай в Эдеме на востоке". Но не сказано, что на Земле, не сказано, что на Земле. На востоке это, может быть, как раз к востоку от Земли, да? Кстати, у Брэдбери есть рассказ "К востоку от рая". Это еще дальше, да? Значит, вот наша Земля, она вращается, а на востоке от нее есть некий рай, да. А потом он их на Землю эту слал, ссылками. К востоку от Земли. Тоже непонятно, да, чтобы восток, восток это же категория, которая здесь, да. Конечно, это отно-- это, значит, может быть, Эдем был на востоке. Где он? Есть тысячи попыток локализовать, где находится Эдем. По этому поводу там масса комментариев очень таких всех, ну, как сказать, наивных, да? Что это у нас в Армении, нет, оно у нас в Грузии, нет, это у нас там в Междуречье. Ну, понятно, это все у нас пройдусь по Абрикосовой, Сливно-Виноградной, там у нас настоящий рай, пока не пришли большевики, жиды, масоны, студенты. А теперь у нас как вот у нас, а раньше был рай. Таких комментариев тоже полно, но мы их не станем рассматривать. Вообще интересный вопрос продолжения рода. Правильно я понимаю, что мужчины и женщины в Эдеме, они не рожали? Ну, то есть. Ну мужчины точно. Не только, Катюш, да, Катюшечка, да. Поэтому потом, когда они получили эту возможность, они начали продолжать свой род. Активно этим пользоваться. Я не знаю, имели ли они в виду продолжить род, Катюша, имелся в виду процесс, а результат- Господь Бог создал женщину подходящей для мужчины и мужчину подходящим для женщины, понимаете? То есть он- Предполагал. Он создал репродуктивные системы, которые-Надо было Гала использовать. Как он мог об этом подумать, когда он создавал ее из ребра? Или в один миг вот сразу опять перекроил все. Я думаю, что он мог перекроить. Галина версия насчет перекроил имеет основание вот в каких строках. Что будешь теперь рожать в муках. В муках, да. Да и то, что без мук. Да. [смех] Катюша, давай отвлечемся, подумаем о метафизике. Конечно, тема интересная. Нет, просто что вот здесь, да. Послушай меня. Восемнадца-- шестнадцатый. Подхимичил заодно. Нет, шестнадцатый. Подожди, шестнадцатый. Послушай меня. Шестнадцатый стих третьей главы. Жене сказал, то есть вам всем, красавицы. Я сделаю беременность твою. Вот, а давайте я прочту синодальный, а Галя прочтет новый РБО. Там же у вас два перевода, да? Вот РБО новый. Сначала я. Жене сказал: умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей, в болезни будешь рожать детей и к мужу твоему будет влечение твое, и он будет господствовать над тобою. А у вас? Женщине. Женщине Господь Бог сказал: мучительной сделаю, я сделаю беременность твою, в муках будешь рожать детей, мужа своего ты будешь вожделеть. Муж будет господином твоим. Будет, будет, будет. То есть не есть сейчас, а будет. Будет, да. То есть вполне возможно, что в этот момент все еще было нормально. Она говорила: как это? Это чем это я буду рожать? Че это он будет господин? Какой такой вожделение? Он говорит: Ты не переживай. Щас все будет. Оборудование уже доставлено и сейчас будет смонтировано под ключ. Да, и тут налетели архангелы и все живьем смонтировали. Да. То есть, вот Галина версия, ну, такая традиционная, она говорит о том, что там у них не было никаких функций, и это не предполагалось, да и не нужно было. Но увидя их такое, значит. Решил поднасолить слегонца. И поднасолить, и подсластить, да. Потому что он им дает и дурное, и хорошее, да. Это абсолютно другая реальность появляется с отцовством фактически в этот момент. И после этого вы удивляетесь непорочному зачатию. [смех] Непорочному. Да. Адаму же сказал: за то, что ты не послу-- за то, что ты послушал голоса жены твоей, а не меня слушал, собака, и ел от дерева, от которого я заповедовал тебе, сказав: не ешь от него. Проклята земля за тебя, со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей. Уже такой недобрый. А у вас вот как-то он тут так вот, да. А человеку, не женщине, а человеку Господь Бог сказал: послушав женщину, ты съел плод, который я запретил тебе есть. Ныне проклята из-за тебя земля. Так зем-- землю из-за него проклял. В муках будешь ее плоды добывать. Это тут еще и земле досталось. Ни за что. Земля проклята, да. Дальше. Терния и волчцы произрастит она тебе, и будешь питаться полевой травою. А у вас? Колючие кусты она тебе произрастит, полевою травою питаться будешь. В поте лица будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо ты прах и в прах возвратишься. И в поте лица добывать свой, свой хлеб. И вернешься ты в землю, из которой был взят, потому что ты пылью вновь станешь. А то есть здесь сделал бессмертным, ой, здесь смертными сделал. Да. То есть тут смотрите, тут новое творение. Оно не такое, может быть, глобальное, как в конце второй главы, да? Как и вся книга. В конце третьей главы очень большая коррекция, да. Апгрейд. Тут, ну, в чем-то апгрейд, в чем-то, может быть, даунгрейд, да, но это новое творение. То есть мы видим перед собой, даже не открывая Псалмы, любимый текст иксанитков, мы видим три- Варианта творения. Как минимум три варианта творения. И как они отличаются друг от друга. В первом случае он сказал: сделаю вас мужчиной и женщиной, эээ, самцом и самкой. И давайте, ребята, вот вам семинар доцента Драхмана и все вот это, что насолите-- Потом он это убрал вообще. Все ваше приплод. Потом он это вообще убрал. Вообще убрал. Сделал женщину, с которой они гуляли. А где там было про плодитесь и размножайтесь то? А это в первой главе. Это еще в первой главе? В первой, да. Это он им сказал. Когда совесть за- Плодитесь и размножайтесь и заполняйте землю, да. А потом не самец и самка, а потом- Они соответственно. А потом, ну не знаю, ни духовно этого не было, да. Кстати, заповедь, Блаженный Иероним, он сейчас проснулся, и он говорит: как звучит заповедь плодитесь и размно-- она и по-русски звучит красиво. И плодитесь и размножайтесь. Но на иврите это звучит очень красиво. Пру урву. Пру урву? Да. Отсюда, конечно, возникает идея урву и упру. Да, да, да. Пру урву. Хорошо, да? Отлично. Как-то очень по-русски. Да. Прусь урву. Красиво. Так они прут. Так они рвут и прут, да. Для чего они нужны ему были в раю ходить за ручку? И непонятно, какая цель. Мы не понимаем вообще, зачем ему нафиг это все творение. Да. За что приходится. Мы не понимаем, зачем им целое. Как мы можем понимать про частность? Но зато пишем. Да, но пишем дофига, да. Это правда. [смех] То есть в чем Саша сто пудов прав. Охотнее все люди пишут о том, о чем они вообще не понимают. Но про любви, да, таким путем. И вот в конце третьей главы абсолютно то же новое творение, прикладной вариант для калифорнийских друзей. Он возвращает репродуктивную функцию, но уже людям. При этом не забывая все это дело сопроводить проклятиями. То есть страх отсюда вы будете, ребята. Но не думайте, что все будет так классно! А вот вам за это. Вот, высылает их в новую реальность, где они, значит, будут из райского такого изобильного блаженства, рай для нищих и шутов, да? Сами будут работать, воспроизводиться и жить- Как себе. В том социуме, в котором они сами потом создадут и сами сделают. Да. Как же все-таки трактуют, что зачем он такой, ну как, зло повел себя? Чего себя так? Может быть, не зло, а разумно как раз повел. Бог его знает. Ребенку хочется сунуть пальцы в розетку. Это же акт познания. Он, пальцы его не были там, и он хочет узнать, а что будет, когда он пальцы сунет в розетку. Проклятие зачем? Каббала трактует, например, ну я не знаю, когда ребенок умирает, какое-то стихийное бедствие или что. Ну это никогда вот, да, там люди есть за что. Не, каббала отвергает вообще идею, что люди гибнут за проступки. Это никогда не так. Ну я имею в виду- Это вот в чем каббала, кстати, расходится с религией. Ну, я имею в виду, когда там пальцы в розетку, понятно, твой выбор, да? Ну, условно говоря, сам решил рискнуть. Сунул паль-- ну, как бы пальцы в розетку, потом получил удар током. Понятно, здесь еще как бы вопросов нет. А когда, ну, ребенок просто ну нет никакой здесь свободы выбора у него фактически никакой не было. Никакой. Да, значит, есть множество точек зрения. Некоторые говорят, что это благодеяние для ребенка, чтобы он не знал всех страданий мира. Ну это интерпретация, опять-таки, да, вы как-то- Ну, а все интерпретации, да, вот такая трактовка. Он счастливейший из нас, вы ему сочувствуете и плачете. Дурни вы, надо завидовать, потому что он избавлен от всех тех ужасов, страданий, мучений и сомнений, которые будут у вас. Это же греческая- Это греческая, да. Это оправдание своего существования. Это чисто, это чисто заимствовано из Греции, безусловно. Да, помните Аполлон, да, когда ему. Другая версия, что этот ребенок, это так, вот сейчас версию, которую я изложу, это идея тех, кто верит в линейное переселение душ. Ребенок этот не просто ребенок, а он воплощение каких-то злых, мерзких и противных людей. Вот в нем они воплотились. И видя уже, как он себя воплощает в самой, так сказать, ранней своей даже не молодости, а в детстве, Бог решает его- Умер при родах. Это что значит? Умер при родах? Не знаю. Это третий будет вариант. Вот второй, когда вот мы говорим: о, невинный ребеночек такой. А вот разберитесь! Поэтому был какой-то фильм американский. Он точно иллюстрирует этот, этот комментарий. Оказывается, ребенок такой противный. Как он вырастет. Да, он там котенков мучает, там со сверстниками там у него. В общем, противное существо. И как бы, ну, становится понятно по фильму. Фильм, дай Бог, бесмутный. А комментарий вот такой: ребенок не так хорош, как мы думаем. И его лучше убрать молодым, потому что в нем воплотились мерзкие души. Но они воплотились, потому что они не могли не воплотиться, ибо злодеи ведут активный образ жизни. [голос из зала] А может быть, и нет. А что же тогда заранее нельзя было его не переселять? Ну, не знаю. Вот это вот такая версия. А, хорошо, ладно. А третий, а третий комментарий о том, что это испытание взрослым. То есть ребенок в данном случае не функция, ну, ребенок туда, ребенок сюда. Инструмент. Да, ребенок есть некий инструмент, ребенок есть элемент испытания для взрослых. Чего испытания? Для ближних его, как они воспримут, не усомнятся ли. Для дальних, которые вот как они это скажут: ха, блин, ну класс, если бы все дети. Или наоборот, какой кошмар, что же у нас дети бегают по улицам. Жестоко. Не без того. Но, во-первых, вот в панданг вопросам Сашин вопрос отличный. Жестоко? И чья-то вчера была реплика, Ники, по-моему, да, что же он зло так старик поступил. А вы понимаете, какая штука? Это, э... Кто вам сказал, что он добрый? Мне никто. Никто не говорил, да. В Талмуде есть реплика, которую я как-то прочел, и она совершенно потрясла. Один говорит другому мудрец: не надо представлять себе Творца более милосердным, чем он есть на самом деле. А с чего вы взяли, что он добрый? Он руководствуется совершенно иными категориями. Да, то есть это на нас давит тысячелетняя христианская интерпретация. Бог есть любовь, Бог такой добрый. Ах, он чудный, сладчайший Иисус, сахарный дядя. А с каких хренов? Это же все бред. На самом деле, а чего ему быть добрым? Во-первых, это человеческая категория и среди людей редкая. Да, что ему приписываем. А для него это вообще не применимо. А кроме того, а почему вы думаете, я говорю мы все, да, что он должен быть милосердным? Нет у него такой задачи. И не надо его представлять себе более милосердным, поэтому мало ли что нам кажется злым. Может быть, смерть тоже не зло. Я думаю, однозначно не зло, потому что не умри предыдущие, не было бы последующих. Нам не хочется умирать, да? А если мы не помрем, вот наше поколение, допустим, да, значит, следующие как вот, где они, что они, да? То есть мы родились, потому что кто-то умер, потому что кто-то умер. И прогресс как такое перманентное состояние человечества возможен, потому что кто-то умирает. И смерть - это не зло, как нам оно кажется, да, а это есть необходимая часть бытия. Но мы воспринимаем как зло, потому что мы помрем, да? А на самом деле нет. И вот это вопрос Светланки правильный, да. Смерть не должна восприниматься как зло или как наказание. Это часть процесса, часть процесса. Смотрите, в Библии же будет понятие добра и зла, да? В том стихе, где змей предлагает отвечать- Она вводит их как понятие, но не конкретизирует. Что тогда добро с дузлом? Да. Вот это, и она этот вопрос оставляет открытым на самом деле, да. И это мы можем думать по этому поводу и спекулировать в первозданном смысле, как сказал бы наш любимец Иероним. Speculare - это, это же смотреть в зеркало. Speculum - это зеркало. Угу. То есть мы вот в зеркале, где муть и сор туманищи, э, выясняем истину. Это могут быть вот наши, там, домыслы, излияния, там вопросы. Мы это рассматриваем, да, вот. Рассматриваем вот эти все возможные версии ответов. Мы ищем правду. А представлять себе творца добрым, я думаю, это ошибка. То есть он- Справедливый. То есть он, он милосердный в том смысле, что он не спрашивает с нас с точки зрения нравственных правил, которых никто бы не выдержал, да? Но чтобы он был такой, там, прям, я не знаю, сладчайший, это тоже нет. Это все выдумки, конечно. Особенно нас вводит в заблуждение метафора Бог отец. Отец же однозначно. Он же любит нас. Знаем, что это за отец, если он не любит. А это же все, понимаете, такая примитивная метафора какая-то. Вот она источник многих заблуждений, такого рода рассуждения, да? Потому что он творец, а не отец. Никакой не отец, да. Он творец, то он творец, но он не отец, конечно, да. И поэтому его система рассуждений совершенно отличается от нашей. И в его словах там не было никакого зла. А просто вот он: "Ну вот так, значит, вперед. Ну вот у вас будет. Вы-- а, выбрали такой вариант, да?" Это у меня есть рассказик такой. Где, там человек говорит: "Ну, а так, чтобы спасти человека можно?" А возражающий инопланетянин говорит: "А, вы имеете в виду такой вариант?" И пишет там шестнадцать формул. Ну, можно, но зачем? А нафига? Вот так же гораздо короче. Да так, всего четыре ряда формул. Разные системы рассуждений. Для одного важна человеческая подкладка, да? А для другого - краткий путь рассуждений, целесообразность и эффективность. А тогда не нужно ничего. А почему продолжительность жизни так уменьшилась? Есть комментарии к бинам году, что люди жили офигительно долго, потом стали, там, до потопа они жили сто двадцать, потом еще. И все идет как бы редукция, да, человеческая. Нет, там шестьсот лет, по-моему, там жили. Ну так говорят. Но те ли это были года? А, смотрите, идет все время некоторое изменение замысла божественного и всегда в минус для человека, всегда в минус. То есть люди стали меньше жить. Они описывались там как великаны до потопа, а сейчас вот такие, как мы есть. Было вегетарианство, там только зелень потребляют в пищу, а сейчас человек жрет все, что видит. Это не идет на пользу. То есть Бог как бы думает: не слишком ли я много ему дал? И редуцирует потихоньку, что-то дает, но больше отнимает. И вот интересно с этой точки зрения посмотреть на Библию. Книга эволюции божественного замысла. То есть у старика замысел был первоначальный, конечно, но он его все время корректировал, он его все время корректировал. И нам это мощный урок. Вот на этом каббала очень настаивает. Вы не бойтесь ошибиться. И старик ошибался. Не переживайте, делайте что-нибудь. Ну, получится, нет. Ну, ничего страшного. Фатально это не будет. Но старайтесь избегать явной глупости, да? То есть, ну, если сядешь на окрашенную скамейку, понятен будет результат. Но если не делать явных глупостей, ты экспериментируй, не стой месте, да? Вот иди вперед. В этом смысле вот такой взгляд на Библию как на эволюцию божественного замысла. А чем она отличается от Сизифа? Сизиф, Сизиф - это проклятие, и он понимает, что он камень никогда не вкатит. А мы? А мы не знаем. А может и вкатим. Кроме того, мы очень изменились. Для Сизифа все одно и то же. Вот он тысячи лет фигачит этот камень, а мы очень изменили жизнь вокруг себя. Но это же метафора, правильно? Нет, но смотрите- Не тоже меняется. Гора меняется, камень туда может тоже- Нет, это та же гора. Ну, может быть- Гора та же, но выше становится. То есть это можно так рассматривать. Не-не, все то же самое, там принципиально все то же, может быть, там на миллиметр. Для Сизифа все одно и то же. Он не может ничего изменить, а мы, люди, все меняем. Мы можем вовсе себя вырубить и близки к этому бываем, а можем, наоборот, создать совершенно новую, прекрасную реальность. Но мы, во всяком случае, очень изменчивы. Как изменилась жизнь от библейских времен, когда это писалось, да, и там передавалось до нынешних. Совершенно другая жизнь, абсолютно другая жизнь. Она в чем-то лучше, в чем-то хуже, но абсолютно другая. И мы ее создали. Мы, люди, да? Поэтому мы абсолютно не Сизиф. Нет. Ну, я к тому, что цели как-то не прощупываются. То есть процесс- Мы ее не видим. Но, кстати говоря, знаете, как заканчивает Камю? Отвечая вам, там у него есть посвящение Александру Данилову, моему московскому другу. Да. В "Мифе о Сизифе" последняя фраза, которую говорит Камю, великий гений: Il faut imaginer Sisyphe heureux. Сизифа надо представлять себе счастливым, даже Сизифа надо представлять себе счастливым. Да, поэтому и в Сизифе нет, так сказать, да, с точки зрения вот гениально мыслящего человека, каковым был Камю, и его не надо представлять себе угнетенным рабом. А уж мы то, а мы не Сизиф. Я не к тому, я не к тому, что там давайте там какую-то оценку, там, хорошо, плохо, да, ну, условно. А просто вот экзистенциально есть цель или нет цели? Человечество. По каббале есть, и религии все говорят, что есть. То есть любая система. Ну, да из них говорят, что-Индуизм. Да, нет. Индуизм тоже говорит, что есть. Надо выйти из колеса перерождения и, и все улучшать и улучшать, присоединиться к миру полубогов. Буддизм четко говорит. А лучше вернуться и- Что все будет. Ну, это потом. Бодхисатвы, Нагарджуна выдумал бодхисатв этих. А сначала просто выйди из колеса и обрети нирвану, не перерождайся больше. Но помочь другим тоже неплохо. У христианства цель - спасти душу, у иудаизма цель - спасти все человечество. Ну, конечно, через лучшие из народов, но потом все тоже как-нибудь что-нибудь придумают. Что значит спасти? Спасти, так и... Не дать погибнуть. Получается спасти. От чего спасать? Где-то в отношениях просто спасти- От уничтожения, несчастья. Перевести людей в состояние Царства Божия. Цель же ведь иудаизма какова? По пророкам построить Царство Божие. Отсюда же все эти коммунизмы, да? Сионизм, все измы из пророков, да? Что давайте построим Царство Божие на земле. Вот и все, так сказать, спасемся, не будем уничтожать друг друга. И агненок будет пастись вместе с львом, да? Не поднимет народ на народ меча. Эта картина прекрасна, абсолютно утопическая. Да? Христианство говорит: да, но сначала спасем душу свою, потом как бы своих спасем. Ну, а остальные как бы и не нужны, но мы их за это время успеем. Что Бог это дает? Нет, не бытовое. Вы разные ставите вопросы, вы разные ставите вопросы. Мы говорим сейчас вот отвечая на вопрос Саши, это вопрос о том, цели ставят разные великие доктрины перед человечеством. Эти цели могут вами не разделяться или казаться нам ложными, или ошибочными, пустыми. Ну, неважно. Эти цели сформулированы. Великие религии все такие цели ставят. Да? Коммунизм, там, ну, это ж тоже религия такая, квазихристианство. И там была идея, там, такого вот Царства Божьего, да? А каббала говорит, мне кажется, что каббалистически это как раз ответ самый для меня убедительный. Помоги улучшить мир, помоги сделать мир, пойми, в чем твое предназначение. Это бесконечный процесс. Улучшать же можно бесконечно. Мы не знаем, насколько бесконечный. Мы не знаем, где критерии. И это хорошо, что мы не знаем. То есть мы не знаем, где та черта, перейдя которую, мы скажем, вернее, он скажет нам: о, отлично, вот вы сделали уже правильно. То есть где те, тот, тот момент, когда количественные изменения перейдут в качественные. Мы его не знаем. Сколько нам подарено, и он скажет- Или наоборот скажет: ребята, блин, я вам давал пятьдесят шансов. Я задолбался уже. Все, у меня там дела, извините, труба. Все. Выключаем краны, вперед. Да, может быть и так. То есть мы не знаем критериев. Это хорошо, но это позволяет нам самим определять, вот что по нашему есть хорошо и плохо, что по нашему критерию есть изменение мира, вот куда по нашему мнению Земле надо двигаться. Имеется в виду Землю не как планету, да, а как цивилизацию, куда ее нужно развивать. И это дает нам огромные творческие возможности. Поэтому вот этот процесс не бесконечный и к сожалению, и к счастью. Я имею в виду просто к тому, что в Библии же- Нет, Библия - нет, это уже потом ее развитие. Кстати, каббала, как мы говорили, во многом ее опровержение. Такое дело. Поэтому к каким-то вещам из Библии мы относимся с уважением и почтением, к каким-то как просто к словам. Вот пророческое наследие, оно совсем как бы не оправдало себя. Да. Человек, он один? В каком плане? Если он призван улучшать мир. То есть- На Земле человеку помощника нет. Ну, может, роботы какие-то, о которых там грезили в шестидесятые годы. Сейчас, по-моему, это все прекратилось. Я помню, там, Азимов, Брэдбери, там эти роботы, которые там фигачили, но сейчас как бы понятно, что ничего, кроме кукол более-менее занятных, ничего мы не изобретем и никаких даже попыток превзойти человеческий интеллект. То есть максимум, что он может, это играть в шахматы. Ну, я не знаю, может быть, придумают какие-то такие хреновины, они что-то такое будут думать. В смысле, не думать, считать варианты. Это он считает быстрее гроссмейстера, обыгрывает Каспарова. А вот чтобы он думал креативно, создавал бы парадоксально мысль. Вот уме-- заумеет он так? Я думаю, нет. Но я не специалист, это моя обывательская точка зрения. А вдруг вот как раз и сможет? Тогда у человека появится новый помощник. А Бог? Поможет, конечно, создадут рано или поздно. Может быть. Я не спорю, но я не верю. Но, возможно, я ошибаюсь. Интеллектуальный разум? Почему не интеллектуальный? Искусственный, искусственный интеллект. Да. Не, я не верю, что разум, который дал Бог, может быть превзойден машиной. Не превзойден, но так. Хорошо, а Бог смотрит на человека и оценивает его по своим критериям, верно? Мы не знаем. Да, которых мы всех не знаем, безусловно. Но мы знаем какие-то критерии, которые он явственно нам обозначил, да? В том числе в Библии, в которой он сказал: ребята, вот так себя надо вести, вот так не надо вести, да? Я вас прошу. Причем как раз в самом главном кодексе, Десяти Заповедей, которые знает все человечество. Нет людей, которые не знали бы про Десять Заповедей. Да? Таких людей нет. Все от папуаса до эскимоса знают. Ну, как минимум, слышали. Нет, они знают их почти все. Ну что слышали? Они знают их, они готовы их воспроизвести. Но! Не знают они того, к сожалению, что заповеди-то сформулированы не в императиве "не делай, не", а это увещевание. Прошу, да. Да. Да не сделаешь того. Это именно увещевание, а это совсем другое. А в чем- А разница в том, что приказывают рабу и подчиненному, а советуют соратнику и другу. В Писании сказано: Бог рабов не хочет. Вот как он на нас смотрит. Он хочет друзей. Ну, соратников, младших друзей, окей. Но друзей. То есть он не приказывает. А всякие наказания за неисполнение?Это же все человеческие дела. Это Моисей все это, так сказать, ну, чтобы держаться-- ну а как иначе? Наполеон, кстати, восхищался. Все же не- Нет, конечно, нет. Скрижали он сам же старцу. Нет, скрижали, я думаю, ему старик помог. И скрижали как раз вещь- Подсобил слегонца. Вещь, эээ, признанная человечеством. А все остальное... Это ж, вы понимаете, вопрос относительный. Да, вопрос очень относительный. А как там что? И в основном это для управления, э, людьми, для управления людьми, для эффективного управления большими сообществами людей, чтобы они оставались в разумных рамках общежития. Да? Потому что если не управлять людьми, мы знаем, чем это кончается. И любое управление, самое дурное, лучше безначалия и хаоса, потому что это полный звездец. Мы, пережившие Гражданскую войну в России, последствия которой неизжиты до сих пор, то мы хорошо знаем, что такое, когда власть падает. Поэтому этого не дай Бог. И лучше любая власть и управление, чем никакой. Да, так что на этот счет не должно быть никаких иллю-иллюзий. Ничего хуже революции не бывает и Гражданской войны или там каких-то вот этих всяких делов, к чему так некоторые призывают весело. А, эти правила столь многочисленные, обременительные часто для того, чтобы люди вели себя дис-дисциплинированно, вели себя по правилам и в этих правилах держались. Вот. Ну а как иначе управлять? Иначе никак. А я думаю, от старика только десять заповедей, которые он предложил. Он даже их не повелел, а он их предложил. Сказал: "Ну вот, да не совершишь ты воровства". Понимая, что, конечно, будут воровать, но вот все-таки старайся не воровать, да, по возможности. Не проливай ни вины, ни крови. Это трактуется как не убий. Вот, да, не-- не будь других богов. То есть, ну, все равно же люди уклоняются. Но ты помни, что есть настоящий. Вот по возможности не прелюбодей-- конечно, ну, по возможности. Таким образом. Так периодически об этом вспоминать. Ну, люди вспоминают об этом постоянно. В другие моменты они думают о деньгах. Но заповедь "не прелюбодействуй, не укради" не соблюдает никто, кроме, конечно, сидящих здесь и ваших родителей. Но я никогда не слышал, чтобы их собирались отменить. А почему? Пусть будут? Конечно. То есть это как идеал некий нравственный. Но что важно для нас констатировать: Бог не предписывает и не приказывает. Он предлагает, опять-таки оставляя за наш выбор. Да? Вот это очень важно знать перевод. Для каббалы это принципиально важный момент. Выбирай! Ну, мы все равно же по-любому выбираем. Разве мы не знаем, что воровать - это плохо? Но если у воды не-- ну что ж, нельзя, нужно же жить. Ну, ну- Получается тогда христианский, христианская заповедь, ну, в основном заповедь "полюби ближнего как самого себя", она в общем-то- Она ложная, но она- Не ложная, она с точки зрения вот того, что вы сейчас сказали, она как раз таки показатель, потому что это идеал. Ну, как маяк, да? Его же нельзя сделать в море, его несет в зависимости от того, как- Не, не, Саша, важно сделать правильный перевод. Мы же говорили, помнишь, с вами? Разве не говорили? Говорили, да? [на иностранном] означает "люби ближнего, ибо он как ты", не как самого себя, что невозможно. Я знаю, но по интерпретации. А это не только христианское, иудейское трактует так же. Неверно перевели просто. Неверно перевели. Мне кажется, лучше. Ну, мы же привыкли. На самом деле вы вдумайтесь. Не, мне больше нравится, ибо он такой же, как я. Конечно, как ты, это гораздо жизненнее. И вот тогда человека можно полюбить любого, в принципе, да? Тогда гуманистическая традиция, кстати, и христианская, тогда она становится гораздо более жизненной. Потому что а что ты судишь так строго? А ты сам, ты посмотри на себя, да? Тебе будет легче ближнего, да, понять. Но как себя самого - это невозможно. Это, ну, ни для кого. Как маяк. Корабль же не должен его достичь. Да. Ну, я понимаю, там идеальный момент, но вот полю-- полюбить ближнего, ибо он похож на тебя, тоже задача не такая простая. Ну, вы попробуйте, особенно с кем работаешь, их хорошо любить. Я к тому, что я формулирую вообще. Да, вот такая штука. Так что, подытог. Вот мы с вами сегодня занимались комментированием. Видите, сколько вопросов. Вы сидите, да? И так классно. И слушаете. Это потрясающе интересное занятие. А мы сколько? Мы прошли три главы, так что мы разом читали. Мы же перескакивали. Нас интересовала, до наших друзей из Караганды репродуктивная тема в основном, хотя, конечно, мы отвлекались на устройство мироздания, на разную метафизику и философию. А если вчитываться в каждое слово, очень интересная штука, это изумительно интересная вещь. Комментарии, которые я вам предлагаю, это классические иудейские комментарии, но они основа всякого комментария. Комментарии христианские, православные. Ну, во-первых, они гораздо более поздние и, ну, вторичные, конечно. Вы можете их легко купить. Продается нам и Василий Великий, и все, не знаю, будете люди читать. А вот это на русском впервые. В этом, конечно, большая ценность. То есть в чем- Как здесь с переводом дела обстоят? Ну, мы старались, не знаю, как же будет критика еще на нас. Мы же готовимся, мы фурацилиновые клизмы носим с собой, потому что критика будет от людей, которые эту книгу, ваша уже вышла, прочтут, но мы старались перевести как можно лучше. Наверное, будут ошибки, потому что не ошибается тот, кто не работает. Ну, скажу еще полтора слова, да, потерпите, скажу полтора слова про книжку. Мысль в чем? Комментарии классические они невозможны для доступа широкой публики, потому что все написаны на древних языках. Никакой человек, конечно, не будет бросать Все свои дела и начали собирать этот велосипедик. Ну кто будет учить средневековый иврит или арамейский? Это исключено. Надо переводить. И оно бы было на русском, если бы не большевики, о которых мы уже много сказали хорошего. Но мы же знаем, какая ситуация была в страна, какие там были библейские переводы и комментарии. А плохо потому, что хорошо бы, чтобы люди знакомились с текстами. Для каббалиста это особенно важно, для людей из нашей школы каббалы, потому что мы говорим, в отличие от других школ, о том, что люди сами должны читать Библию, не слушать, что там Лившиц напел. Помните анекдот, да? Карузо, Карузо, а мне Лившиц напел. Вот этих Лившицев их, блин, до фига и больше: Лившицев, Петровых там, Сидоровых, Берги, Лайтманы все эти. А человек сам пусть прочтет. Наша задача была сделать, чтобы русскоязычная публика, которая одна из самых образованных публика в мире, смогла прочесть на современном хорошем русском языке высокого качества перевод. Вот такая была мысль. Иии, ну, это моя была мечта. Ну, кто еще, кроме меня, идиота, мог думать всерьез, что эта книга когда-нибудь выйдет в свет? Но нашелся идиот, к счастью. Но меня поддержали разумные люди. Владимир Моисеевич Судечкис, чудный человек. В пятницу кто придет на презентацию, сейчас я скажу, вы его увидите и с ним познакомитесь. Это чудесный совершенно мужик. При значительном богатстве и жесткости сохранивший полнейшее человекообразие, чувство юмора, ум, деликатность. Ну все, что мы хотели бы видеть в миллионере, все в нем счастливо воплотилось. Он прошел три ступени, и вот он, значит, наш брат понтифик. Вы к нему присоединитесь уже как братья и сестры совсем скоро после третьей ступени те, кто прошел две. Он и другие. Там, если вы видите на первой странице, там шестеро спонсоров, но их долю мы не будем упоминать. Она огромна, но без Владимира Моисеевича ничего бы не было, конечно. Работа заняла почти четыре года. Это ох, ну, у меня нет слов. Это можно только на классическом испанском. Ааах, это охренеть! Огромное количество народу мы привлекли, потому что люди выбывали, менялись. Но перевели, перевели. Света Бабкина, моя студентка бывшая, чудесная, умнейшая, прекраснейшая женщина. Вы еще можете про женщину плохое говорить. Мы? Это вы нам. Она вот такая умница. Вот, и несмотря на второго уже ребенка, который, ну, всячески мы приветствуем, не все же домжанке родиться, а такая, как Света, должна обязательно быть представлена в естественном отборе. Как все женщины сегодня, Света, она очень умна. И вот она была, значит, как бы у нас координатором проекта. И набрали мы разных ребят. Причем ставка была на молодых, не маститых там, а молодых ребятишек из разных мест: Москва, Вильнюс, Питер, Киев. Разных национальностей. Это была моя принципиальная позиция как каббалистического человека и как преподавателя университетского. Все эти разговоры о том, что, значит, теперь должны переводить только верующие или только евреи, или только туда я сразу послал в жасминовую рощу, и коллектив был исключительно многонациональный, многоконфессиональный. И вот сделали. Потом отдали мы эту книгу на вычитку. Александр Григорьевич, лучший корректор всех времен и народов. Зачем кандидату медицинских наук и прекрасному врачу клиницисту быть корректором я знаю точно так же, как про замысел творения. Но вот, вот вам, пожалуйста. А вы говорите в мире можем что-то понять. Ничего, хотя он такой умный. Люблю, он меня терпит. Представляете, каково ему, московскому интеллигенту, терпеть Охальника. Но мы дружим. Александр Григорьевич это вычитал как корректор. Это была, да, работа, да? Не офигеть. Я бы сказал, но я не могу. Да, я дал слово при галочке вести себя прилично. Поэтому офигеть. А потом отдали это на верстку. А тут, видите, какая верстка. Здесь ивритский текст и русский. Причем мы расположили так по-хитромудрому, да, как оно было в оригинале. Так обычно книги не берут. Это классический способ печатания таких комментариев. Никто не брался ни в Риге, ни в Москве. А спонсор наш рижский, рижский человек. Технически сложно. Да, да, это сложно, это нужны программы специальные. Нашли мы человека, звали его Алексей. Нормальный человек сразу бы насторожился. [смех] А я думаю ну, блин, вот Алексей выглядит нормально. Такой лоб не низкий, не скошенный, говорит слова. И он взялся, значит, верстать и зафигачил верстку, программу всю. Еще раз Светуля там посмотрела. А я говорю: "Ну, давайте уже быстрее. Ну же на финиш, блин". Уже тогда были раскаты кризиса. И Владимир Моисеевич говорит: "Ну, я договорился в Риге, там нам сделают подешевле в типографии, там бубух. Сделаем событие. Самая старая типография в Риге". Ну, в общем, как это называется в Талмуде, пукнем в мукушке. И я говорю: "Нельзя ли, Леша, побыстрее эту зафигачить штуку?" А я ничего не понимаю в этих программах, верстках. Но Танюха профессионал, и то она, да, я думаю, не сразу бы разобралась. Это целая наука, вся эта верстка компьютерная. И он говорит: "Можно быстрее". И я думаю, что он внес какие-то изменения в верстальные программы. Последствия были самые катастрофические. Полетело все. То есть у нас сбились строчки в еврейские вот эти огласовки, буковки, да, все упа-- ай. Ай. Это-- А он знал иврит вообще, который верстал? Видишь ли, Катя, [смех] но любовь моя к тебе она велика. Какой бред, блин! Тем более сложно. Да и-- это не то слово. И Светуля- Это безумно сложно. Светуля заново зафигачила все еврейские вот эти вот штуки. Вот потом это все собрали вместе, и это удлинило ровно на год. За это время кризис убил любимую Латвию. А потому что лучше враг хорошего. Надо было не торопиться. Да, права Иннуля. Иннуля редко бывает права, но здесь она права. Это правда. Не надо было торопиться. Тут есть часть моей вины. Ну, я, я хотел как лучше, да. Получилось, сами знаете. И вот на год это удлинилось. За этот год сдохла типография в Латвии. Там кризис уничтожил все, что только мог. Как молодняк. Страна банкрот, к сожалению. Да, увы. И мы печатали в Москве, но зато в Москве масонские связи. Нашли типографию, которая говорит- Простая. Да, давайте. Вон мы сейчас все живенько, быстренько они зафигачили за короткое время и видите, как. Мне кажется, красиво сделали. Хорошо, да, солидно так. А почему такой фиолетовый? Ну, у них вообще мы заказывали такой синенький, да? А потому что фиолетовый с золотым - это королевские цвета. Да, но синенький или фиолетовый такой, во-первых, солидно, а во-вторых, хорошо смотрится в сочетании, и в-третьих, такие- Королевские тона. Да, красиво так, да? Вот такая вот история с этой книгой. Кстати, там у вас полно для заметок, вы можете там писать всякое такое. Да где тут писать-то? Нет, в конце. На полях? В конце. В конце. Не, в конце не интересно, надо писать тут же, где вот тут. Тут комментаторы написали. Тут есть